Новгород-Северское княжество принадлежало к числу крупнейших политико-территориальных образований в Древней Руси XII–XIII вв. Превышая по площади (около 160 тыс. кв. км) много княжеств более высокого политического статуса (например, Переяславское или Волынское), оно было ещё и густо населено. В Новгород-Северском княжестве существовало более сорока упомянутых в летописи городов; к тому же археологи зафиксировали почти 300 городищ[480]. Его князья во второй половине XII–XIII вв. играли заметную, часто самостоятельную роль в политической жизни Юго-Западной Руси, — вспомним хотя бы печально знаменитого героя «Слова о полку Игореве» и его внука, мятежного Изяслава Владимировича, осмелившегося померяться силами с самим Даниилом Галицким![481]
И при всём этом обстоятельства, да и само время возникновения Новгород-Северского княжества в составе Чернигово-Северской земли до сих пор остаются невыясненными. Мы не знаем даже, когда Новгород-Северский стал стольным (княжеским) градом. Источники, кажется, избегают ответа на вопрос: кто был первым тамошним князем. Подобная неопределённость свидетельств, а то и умолчание летописцев об образования нового княжества не могли не отразиться на состоянии научной литературы по этой проблеме.
Попутно хотелось бы предостеречь от проявлений своеобразного научного — скорее, псевдо-научного! — нигилизма в отношении памятников нашей сокровищницы источников — фонда древнерусских летописей, которые, к сожалению, участились в последние годы. В тех случаях, когда летописные свидетельства не укладываются в созданную тем или иным автором часто умозрительную схему, он начинает объяснять собственные расхождения с источниками их повреждением, позднейшими купюрами, а то и сознательным искажением летописных текстов редакторами и переписчиками позднейших времён. Непонимание, нежелание, самоуверенность и неумение понять стройную логику летописей, в которых каждое слово стоит на своём, единственно возможном в абсолютном большинстве случаев, месте и рождает на свет божий фантастические «летописи» Аскольда, Игоря и Олега. Подобные дилетантские (не меняет дела, когда это пишут люди с учёными степенями), рассчитанные преимущественно на сенсацию, выдумки не имеют ничего общего с наукой.
Ещё с середины прошлого столетия в историографии утвердилось мнение, будто бы Новгород-Северское княжество выделилось из Чернигово-Северской земли по решению Любечского съезда 1097 г.: «Кождо да Держить отчину свою: Святополк Кыев Изяславлю… Давыд и Олег, и Ярослав Святославлю»[482]. Как известно, Святослав Ярославич владел Чернигово-Северской землёй, а также волостями в Северо-Восточной Руси, среди них Муромо-Рязанской. Однако, кратко пересказывая (вне сомнения, в оригинале намного большую по объёму и более конкретную формулу постановления, чем та, которая отразилась в «Повести временных лет») решения съезда, летописец вообще не назвал города и земли Святославовой отчины, которые получил в наследство каждый из трёх сыновей черниговского князя. Поэтому, пытаясь решить загадочный вопрос о возникновении Новгород-Северского княжества, историкам приходится строить свои гипотезы на недостаточно конкретном и бедном информацией летописном материале, не имея возможности воспользоваться параллельными свидетельствами других источников, отечественных и иноземных.
М. С. Грушевский следующим образом интерпретировал решения Любечского собрания князей относительно земельных приобретений сыновей Святослава Ярославича: «Младший Святославич — Ярослав получил Муромо-Рязанскую волость[483], старшие два разделили Северщину… Как был произведён раздел Северщины, летопись не говорит, но знаем, что Давид получил „большее княжение“ — Чернигов, а Олег должен был получить Новгород-Северский, и с того времени должен был начаться раздел земли (Чернигово-Северской. —
М. С. Грушевский, можно думать, имел в виду слова, с которыми в начале 1140‐х гг. обратились к ставшему в 1139 г. киевским князем Всеволоду Ольговичу его родной брат Игорь и двоюродные Владимир и Изяслав: «Се в Киеве седеши, а мы просим у тебе Черниговьской и Новгороцкой волости»[485]. Обращу внимание читателя на то, что процитированный фрагмент Киевской летописи — первое свидетельство существования Новгород-Северской волости (княжества). Под 1141 г., также впервые, в летописи упоминается город Новгород-Северский как стольный княжеский град — там княжил сын Олега Святославича Святослав[486]. Это совпадение во времени между первыми известиями источников о появлении на политической сцене Новгород-Северского княжества и его главного города вряд ли можно считать случайным…