Древнерусская государственность полностью

Как это ни удивительно, мало внимания уделил выявлению факторов наступления удельной раздробленности на Руси выдающийся знаток истории восточнославянского общества, институций его власти А. Е. Пресняков. Он коротко обрисовал начало разделения государства, сделав акцент на сложности картины упорной борьбы принципов отчины и старейшинства в междукняжеских отношениях. В представлении учёного нескончаемая борьба между князьями в XII в. была всё тем же соревнованием отчинного порядка и порядка родового старейшинства. По его мнению, именно внедрение отчинного принципа владения привело к дроблению Руси и составлявших её земель и княжеств[522]. Подобное объяснение не выглядит универсальным. Оно не может бросить свет на всё разнообразие, сложность и неоднозначность социально-политической жизни Древнерусского государства, начиная с 30–40‐х гг. XII в.

Впрочем, в своих «Лекциях по русской истории» А. Е. Пресняков сделал проницательное замечание, свидетельствующее о его глубоком понимании социально-экономических сил раздробленности. «Вторая половина XII в., — писал он, — период резкого развития этого процесса перехода к новому строю (удельной раздробленности. — Н. К.). Его политическая сторона сказалась в усилении обособленности отдельных земель-княжений… Его социальная сторона — в развитии землевладельческого боярства, которое, врастая всё глубже в местную жизнь той или иной области, подчиняя её себе, разбивается на ряд провинциальных, областных обществ, замыкающихся в местных интересах»[523]. К сожалению, эта прогрессивная в научном плане идея не была развита историком.

Подробно описывая перипетии политической жизни Древней Руси времён удельной раздробленности, М. С. Грушевский при этом мало интересовался причинами её наступления, да и вообще не рассматривал этого явления как феномена социально-политической и экономической жизни страны. В представлении этого историка Древняя Русь всегда была разобщённой. Он не принадлежал к «государственной» школе, поэтому не уделял внимания генезису и развитию Киевской державы, эволюции княжеской власти. Вместо этого исследовал сами междукняжеские отношения. Из мимолётных замечаний учёного выходит, что он даже времена Ярослава Мудрого — пик единовластной монархии! — толковал как эпоху упадка государственного организма Руси: «Напоминая очень близко времена Владимира, княжение Ярослава было уже ослабленной копией их», и далее: «времена Ярослава входили уже во времена распада старого Киевского государства»[524] — какие же именно времена «старого Киевского государства» рассматривал М. С. Грушевский как эпоху подъёма и при каком князе существовало это сильное государство: при Владимире Святославиче, который положил полжизни на её сколачивание — и не достиг в конечном счёте полного успеха; или при его полулегендарных предшественниках, от Олега до Святослава, которым так и не было суждено сплотить племенные княжения в минимально единый государственный организм?!

Что же касается времён после смерти Владимира Мономаха, то М. С. Грушевский завершал княжением его старшего сына Мстислава (1125–1132) «первую стадию в процессе разложения Киевского государства», хотя и неохотно признавал, как это ни удивительно (принимая во внимание его пессимистический взгляд на государственную целостность Древней Руси), что на этой стадии «традиция единства и концентрационные (объединительные. — Н. К.) стремления ещё борются с этим разложением, и то временами с успехом». Но уже после Мстислава нарастает «процесс разложения Киевской державы», в котором историк не пожелал увидеть никаких сил объединительного характера. Раздел 3 второго тома своей «Истории Украины — Руси» он так и назвал «Упадок Киева» и свёл историю Древней Руси эпохи раздробленности к нескончаемым стычкам княжеских кланов Мономашичей, Мстиславичей, Ростиславичей, Ольговичей, Давидовичей, которые только углубляли разъединение страны и ослабляли её. Нашествие орд Батыя (1237–1241) лишь довершило дело: оно «приносит с собой полный кризис княжеского дружинного строя в Среднем Поднепровье»[525] (напомню читателю, что реликты дружинного строя канули в лету ещё при Ярославле Мудром) — сосредоточенному на южнорусских делах М. С. Грушевскому почти не было дела до того, что происходило на прочих русских землях XII — первой половины XIII в.: западных, северо-западных и северо-восточных.