Как это не удивительно но, Сантыкар Борг, смог дожить до своей одиннадцатой весны. После чего, надев чистую рубаху и стоптанные чеботы, вновь отправился в Храм Воссоединения. И вновь был отправлен розовощёким священником домой – дожидаться зимы и смерти, что вне всяких сомнений заглянет на огонёк, в их неказистый маленький домик, расположенный на улице Петухова в самом её конце. Но упёртый и крайне болезненный Сантыкар Борг, умудрился пережить и эту зиму тоже. А потом и следующую, и следующую…. И так, ежегодно доводя розовощёкого священника до крайней степени неподдельного удивления, дожил Сантыкар Борг до своей пятнадцатой весны и вновь отправился в Храм.
На этот раз, добрый служитель, не стал отправлять болезненного мальчонку домой - дожидаться январских морозов и февральских метелей. В этот раз, схватив пухлыми, но на удавление цепкими пальцами мальчишку за ворот рубахи, он протащил его по тёмному коридору и впихнул в неприметный закуток, что находился совсем недалеко от сверкающего золотом и чеканным серебром, зала.
- Я уже устал, из-за твоей запредельно упёртости и вредности проигрывать по полтора рубля каждую весну, мерзкий ты мальчишка. – Прошипел розовощёкий служитель и больно пихнул Сантыкар Борга в плечо. – Надо как-то это безобразие прекращать. – Фыркнул он и, поскрипев зубами, посоветовал. – Здесь тебе парень, явно ничего не светит. Не согласится отец Герман тебя до алтаря допустить. Сильно уж ты хлипкий. А вот если ты до Муравейника доберёшься, то там да..., там тебя никто останавливать не будет. Дикие земли всё же – кто там тебя остановит? – Хихикнул розовощёкий. – Так что, ступай мальчишка к Муравейнику.
Пробурчал пухлый служитель и задумался. Затем он медленно и осторожно почесал выбритый лоб и задумался ещё больше. Карие глаза его, неожиданно наполнились грустью и немного надеждой.
- А я за тебя помолюсь. – Тихо вздохнул он. Затем он взбодрился и сказал ещё немного. – А чтобы молитва моя была гораздо искренней и горечей, то поставлю я на тебя пять рублей. Да! Точно! Именно пять! Тебя же, мальчишка, явно любит бог, раз ты такой хворый и никак не сдохнешь. – Покивал выбритым лбом розовощёкий священник и, немного застеснявшись, спросил. – Ты же не против, чтоб я на тебя поставил? – Швыркнул мясистым носом розовощёкий, но ответа дожидаться не стал. – Тут и тебе божье сопровождение будет – я же молиться за тебя буду – и мне интерес. А если не сдохнешь, то и вовсе, всем хорошо. Я отобью все свои проигрыши за последние пять лет, а ты…? А ты получишь Источник. Правда, ведь здорово?
- Правда. – Кивнул головой Сантыкар Бокар и пошел домой, чтобы быстро собраться и тут же отправится в поход к Муравейнику. Мудрый совет служителя ему очень понравился.
Но отправился он только на следующее утро. Сильно уж много вещей пришлось собирать в поход: соль, спички, котомку ржаной муки, старенький нож, новенький точильный камень, лепёшку, маленький котелок, тряпку, которую Сантыкар использовал вместо полотенца и старые, с заплаткой на пятке, шерстяные носки. Их, мальчишке, позапрошлой осенью, подарила бабушка Айгуль.
Лист, под номером В-34+.
На воротах, что отделяли заброшенный район Колосок от плантаций и лежащих за ними Диких земель, в тот день дежурил сержант стражи Гавр Юсупов. Гавр был молод, безус, но уже носил сержантскую бляху, чем не безосновательно гордился.
- Этот-то дрищ куда намылился? – Хмыкнул сержант, когда заприметил приближающегося Сантыкар Борга и на его скуластом лице, расцвела ехидная улыбка. – «Видать по ошибке сюда занесло» - Подумал Гавр, продолжая наблюдать за мальчишкой. Пацан был худ, бледен, подволакивал правую ногу, а старая рубаха явно с чужого плеча, болталась на нем так, как болтается старый дырявый сарафан на огородном пугале. За его плечами висел тощий мешок.
- Как зовут? – Гаркнул сержант, как только мальчишка дохромал до ворот.
Парень вздрогнул и, приоткрыв рот, завис, чем приподнял сержанту настроение ещё на пару пунктов.
- Сантыкар Борг. – Отвиснув, прошелестел он и нервно дёрнул плечом.
- Не слышу, кто? – Сержант приложил руку к уху.
- Сантыкар Борг. – Как можно громче прокричал Сантыкар и закашлялся.
Босоногие мальчишки игравшие в пристенок недалеко от ворот, притормозили игру и замерли, уставившись на Сантыкара. Впрочем, разглядывали они его не долго, ничего интересного в нищем голодранце не было.
- И куда же ты парень собрался, если не секрет? – Хмыкнул сержант. – Или ты пришел, чтобы залезть на башню и поглазеть на плантации?
И Гавр махнул рукой в сторону лестницы, что вела на площадку башни. Там, виднелся чан со смолой и мощный стреломет рядом с которым, привалился к опорному столбу напарник сержанта – рядовой Васька Клеть.
- Ваши-то, со школы, обычно на майские приходят и сразу кодлой, а ты один? – Слегка удивившись, прогудел Гавр и, вспомнив, что майские, совсем уже скоро, недовольно фыркнул. – Опять тут всё перевернут, натопчут и будут лазить, куда недозволенно. – И сержант расстроено взмахнул рукой.