Заходя во многие пещеры, мы будто оказывались в Западном раю, в так называемой Чистой земле Будды Амитабхи, а сам он величественно восседал в центре этого мира. Над его головой, под ногами, вокруг тела изображены различные виды наслаждений: музыка, танцы, цирковое искусство, яства. Кажется, что это мир, в котором не нужно ни о чем беспокоиться, здесь всего вдоволь, и можно жить легкой жизнью, не зная ни в чем отказа. Более того, эти блага создаются без усилий человека. Кругом растут волшебные деревья, исполняющие желания, их ветви покрыты разнообразными прекрасными плодами и даже нарядами. Здесь есть все что нужно – стоит только протянуть руку или открыть рот, и все желания будут удовлетворены. Дети ликуют и от радости ходят на головах. Кругом удивительной красоты лотосовые пруды и грандиозные дворцы, повсюду счастливые путешественники. Они, как и мы, обычные люди, живут мирской жизнью. Они тоже создают семьи. Вот молодой жених стоит на коленях и кланяется кому-то в ноги. А вот невеста – смущается и не решается поднять голову. Гости, пришедшие на свадьбу, едят и пьют. Два гуся стоят у ворот. Я как-то читал, что в древности на свадьбе соблюдалась традиция «подношения гуся»[216], но не знал, как это выглядит, а на рисунках увидел обряд воочию, словно сам присутствовал на празднике.
Все эти люди давно умерли. Старики, прожив сорок восемь тысяч лет, сами приходили к собственным заблаговременно подготовленным могилам. Родственники стояли рядом, провожая их в мир иной и прощаясь навечно. Хотя находились те, кто падал оземь в слезах, но в основном на лицах присутствующих было спокойное и почтительное выражение, словно они понимали, что это закон человеческой жизни и здесь не о чем печалиться и не о чем скорбеть. Все картины мирской жизни, конечно, транслировали одну главную мысль: не важно, в каких жизненных обстоятельствах оказался человек, – если всем сердцем верить в Будду Амитабху, то после смерти попадешь в Чистую землю, где получишь благословение.
Конечно, все это фантазии и даже обман. Однако художники работали на совесть, их мастерство поражает своим совершенством. Они кропотливо воссоздавали увиденное, тщательно фиксировали все детали. В результате события и предметы, которые по своей природе ненастоящие, воображаемые, изображены так, будто они подлинные. Они живо и ясно предстают сегодня перед нашими глазами, помогают нам воспринимать ушедшие исторические события как реальность, позволяют насладиться красотой и оригинальностью художественного произведения. Возможно, живописцы верили в сказки, но главное, что их картины наполнены любовью и основаны на реальной жизни. Все народы мира имеют своих святых и легенды о них. Не важно, насколько порой они бывают необычны и даже абсурдны, их источниками всегда служат описания человеческих взаимоотношений. Художники воссоздают образы людей и их истории из прошлого в сегодняшнем дне.
Полагаю, самое главное мне удалось изложить, не упустив деталей. Есть ли еще что-то, о чем стоит упомянуть?
Меня поразило одно небольшое открытие: на изображении пусть и нарисованной, но роскошной Чистой земли мне на глаза попалась крохотная мышка. Она насторожено и хитро озиралась по сторонам, и мне даже почудилось, что я вижу, как дрожит ее тонкий хвостик. Вид у мышки был такой, словно, она, увидев людей, решила спрятаться. Почему художник нарисовал мышь в этом величественном и торжественном святом раю Амитабхи? Неужели они полагали, что и в Чистой Земле от четырех вредителей [217] невозможно будет избавиться? Может быть, они намеренно пошутили над десятками тысяч людей, которые стремятся попасть в «буддийский рай»? Или таким образом хотели показать, что даже Чистая Земля не на сто процентов чиста? Мы обдумывали это, обсуждали, но все равно так и не разобрались. Наконец, мы решили, что художник не страдал от излишнего академизма и предпочел не следовать слепо устоявшейся традиции, а напротов, удивить своим творчеством. Такой смелый поступок древнего мастера не мог не вызвать уважения.