Чтобы поприветствовать участников конференции писателей стран Азии и Африки, древний город Ташкент нарядился в праздничное одеяние. Улицы украшали тысячи красных полотнищ с приветственными словами на китайском, русском, узбекском, арабском, японском, английском и других языках. Кругом были пожелания сплочения народов Азии и Африки, вечной дружбы между нашими странами. Город подсвечивали тысячи, а может, и десятки тысяч ламп – кто знает, сколько их было на самом деле! Алеющие светильники висели на деревьях по обеим сторонам дороги и на уголках крыш. Даже днем эти фонари отбрасывали свет, а ночь превращали в день. С любой улицы, куда ни посмотришь, один за другим, ряд за рядом, круг за кругом – фонари. Кажется, что их больше, чем звезд на ночном небе.
Это совсем не та картина, которую мне рисовало воображение.
Однако это и есть настоящий Ташкент, большой красивый город, открывающийся моим глазам, такой знакомы и в то же время чужой. В душе все смешалось.
И тем не менее, я сразу влюбился в Ташкент, повелев своим мечтам рассеяться, как от хорошего порыва ветра. Не важно, насколько сильно их очарование – тот Ташкент, который разворачивался передо мной, был несказанно лучше!
Разве я мог не влюбиться в него? Сколько ни говори – не передашь словами всю его прелесть. Кажется, что здесь солнце светит особенно ярко, стоит лишь ступить на эту землю, и сразу погружаешься в бескрайний океан солнечного света. Под бледно-голубым небом большинство домов выкрашены в белый цвет, иногда встречаются вкрапления светло-желтого, светло-серого или светло-красного, в архитектуре почти нет ярких цветов – красного или зеленого. Здесь почти не идут дожди, небо всегда чистое. Все это словно наполняет здешнее солнце особой силой. И тысячи лет будет так.
Повсюду цветут розы, и как же они отличаются от обывательского представления об этом цветке! Особые розы Ташкента более всего похожи на пионы, распускающиеся на невысоких кустарниках. Крупные, цветущие гроздьями среди шумных рынков, у белоснежных домов и фонтанов, в тихих городских парках, вокруг огромных бронзовых статуй, – везде их тонкие ветки сгибаются под тяжестью пышных бутонов. На рассвете и в сумерках они благоухают особенно сильно, придавая городу неповторимый аромат.
Виноградников здесь еще больше, чем розовых кустов. Почти у каждой семьи, перед каждым домом под белым солнцем, бросает на землю черную тень виноградная лоза. Говорят, здесь растет больше тысячи сортов винограда, и каждый – высочайшего качества. Мы приехали в Ташкент как раз в сезон. У каждой двери, в каждом дворе можно было увидеть спелые гроздья – желтые, красные, фиолетовые, зеленые, длинные, круглые, большие, маленькие, разных оттенков, разной формы, словно вязанки разноцветных драгоценных камней.
Можно пытаться сравнить этот виноград с самыми вкусными фруктами, которые вы ели за свою жизнь, – допустим, сказать, что его вкус напоминает медовые фэйчэнские персики, которые растут в провинции Шаньдун, или мандарины уезда Наньфэн провинции Цзянси, или личи высшего сорта гуалюй из гуандунского города Цзэчэн, или шатяньские помело. Сказать, что он похож на все фрукты, которые вы когда-либо пробовали и какие можете вспомнить, действительно можно. Узбекский виноград и правда немного похож по вкусу на все эти фрукты, но многим и отличается. Мы исчерпали всю нашу фантазию и воображение, но в итоге могли только сказать, что он ни на что не похож, только на себя.
Как только мы приехали в Ташкент, виноград стал нашим другом. Мы встречали его повсюду за те три недели, что провели в городе, и всегда он приносил нам радость. К завтраку, обеду и ужину на стол ставили тарелки с виноградом. Его красные, фиолетовые, желтые, зеленые кисти походили на самоцветы и неизменно становились украшением стола. В комнатах для отдыха во время конференции тоже повсюду были расставлены пиалы с виноградом. В мою комнату каждый день приносили полную тарелку душистых ягод: мне казалось, что эта чаша бездонная, и виноград в ней не заканчивается. Участвуя в приемах, первое, что мы ели, – конечно, виноград. В колхозах, куда мы приезжали, организаторы встречи срезали гроздья спелых ягод с лозы и вкладывали нам в руки. Ташкент – это настоящая виноградная столица.
Думая об этих маленьких плодах, я вспоминал историю и уносился мыслями в далекую древность. Еще в период Хань китайские путешественники принесли этот прекрасный фрукт из Центральной Азии. Я невольно задумался о том, как более двух тысяч лет назад виноградная лоза проросла на востоке, пройдя путь по бесконечной безлюдной пустыне, протянувшейся на тысячи ли. Мысли мои скользили по Шелковому пути, пересекали всю Азию вместе с караванами, державшими путь на Запад и гружеными китайским шелком. Вскоре этому чудесному материалу предстояло попасть в руки западных мастериц и превратиться в нарядные одежды на радость всем жителям далеких стран…