Для нас, иностранцев, вся эта ситуация кажется уму непостижимой и просто смешной. Мне очень интересно было изучить психологию священных коров, но, глядя в их добрые и кроткие глаза, я ничего не мог понять. Может быть, коровы думали, что люди – это удивительные игрушки. Они живут в больших городах, да еще и создали много диковинок, которые перемещаются без помощи животных. А возможно, все было наоборот, и люди казались коровам зверьками, трепещущими перед их коровьим величием, а поэтому можно не обращать на них внимания и делать все, что хочется.
Наблюдая некоторое время за коровами, я обнаружил, что жизнь их не так уж безмятежна. Хотя никто не продевает им через ноздри кольцо с веревкой и никуда не тащит, их также никто не кормит и не дает воды. Поэтому коровам только и остается, что бродяжничать и искать пропитание самостоятельно. Их тощие бока с выпирающими ребрами свидетельствовали о том, что животные голодают. Пребывание в священном статусе вовсе не дарило вечную жизнь. Оказавшись в Индии во второй раз двадцать лет назад, я уже не обнаружил сотни коров на городских улицах. Пара бесцельно бродящих животных – вот что я увидел. Мало, как звезд на утреннем небосклоне. Священный род пришел в упадок. Глядя на эту картину, я почувствовал себя опустошенным. Вероятно, коровы не понимают, что такое «демография крупного рогатого скота» по аналогии с человеческой, не знают футурологии и не переживают о численности коровьего населения в XXI веке. Порой и правда кажется, что счастье – в неведении.
Прошло еще десять лет, я и думать забыл об этих рассуждениях – до тех самых пор, пока не приехал в Катманду и не встретил на улицах города священных коров, которых так давно не видел. Наше свидание было предопределено, ведь в Непале, так же, как и в Индии, исповедуют индуизм.
Темперамент местных коров был почти такой же, как в Индии, а вот количество сильно отличалось. По улицам неспешно перемещались лишь несколько животных. Одна из коров, в лучших традициях своих индийских родственниц, шла, шла, а потом вдруг с гордым видом разлеглась прямо посередине дороги, махала хвостом, отгоняла летающих вокруг нее мух, не удостаивая взглядом проезжающие мимо машины. Водителям оставалось только объезжать ее – ни один человек не осмелился подойти и прогнать отдыхающее священное животное. В пригороде Катманду я наблюдал коров, невозмутимо бродивших по зеленому лугу. Они «щипали траву под деревьями и мирно любовались снежными пиками» – что ж, вполне возвышенные интересы. Глядя на их безмятежное состояние, я, признаюсь, позавидовал – эти животные и впрямь выглядели как небожители среди людей. Непал находится в субтропическом климате, трава зеленеет здесь круглый год, что обеспечивает их пищей. Пусть будут благословенны священные коровы!
Я желаю, чтобы эти величавые животные продолжали жить привычной им свободной жизнью и никогда не задавались вопросом «коровьей демографии».
Мы отправились в город Бхактапур, расположенный примерно в тридцати километрах от Катманду, на машине.
Раньше на территории современного Непала в плодородной долине реки существовали три государства. Бхактапур был столицей одного из них. Для меня остается загадкой, как в такой узкой долине могли поместиться целых три царства. Они могли слышать кудахтанье кур и лай собак с территории друг друга. А если война – как же они разворачивали войска? Я вспомнил Троецарствие в Китае [110]. Три царства находились друг от друга на тысячи ли, в срединном течении реки Янцзы, в окружении высоких гор. Если вдруг начиналась война на суше или на воде, государства разворачивали огромные армии, сжигали лагеря в семьсот ли. Что за картина, какая мощь!
Главная площадь Бхактапура была небольшой и неправильной формы. Здесь располагалось древнее здание Национального художественного музея, стены и окна его украшала изящная деревянная резьба. Резьба по дереву – это квинтэссенция традиционного народного искусства Непала, она отражает художественный уровень непальских ремесленников. Декоративные сюжеты используют фольклор, истории буддийских и индуистских святых, природные ландшафты, деревья и цветы, животных и птиц. Все изображения выглядят как живые, резьба детальная и сложная.
По периметру площади располагаются знаменитые непальские дворцы и храмы – Золотые ворота и Дворец пятидесяти пяти окон, сплошь украшенные изящной резьбой. Тут же возвышается храм Ньятапола, похожий на пятиэтажную пагоду. Этот выдающийся памятник архитектуры считается самым высоким храмом в Непале. Чуть поодаль находится храм Дататтрейя – по легенде, он построен из ствола одного огромного дерева более пятисот лет назад.