Когда я вошел на стадион Дасаратх Рангасала, где должна была состояться конференция, то просто лишился дара речи, потрясенный масштабом происходящего. Зрительские трибуны с трех сторон стадиона были заполнены зрителями, все поле также занимала толпа. Мы сидели в президиуме и куда бы ни бросили взгляд, всюду были люди, люди, люди… горы людей, море людей, лес людей. Население Катманду составляет лишь 450 000 человек. Сегодня на стадионе собралось, по предварительной оценке, 40 000 зрителей, то есть почти каждый десятый житель столицы был здесь. Действительно, можно сказать, что конференция стала беспрецедентным событием.
Моя несчастная пара глаз не успевала охватить все множество образов и яркость красок того дня. Ах, если бы я мог превратиться в тысячерукого и тысячеглазого Будду, чтобы разглядеть все до мелочей! Тогда бы ни один глаз из тысячи не остался без дела, ни один глаз не смотрел бы на что-то непримечательное. Происходящее на стадионе было поистине грандиозным.
Ниже президиума, напротив беговой дорожки, аккуратными рядами стояли большие и маленькие статуи Будды и различных божеств. Говорили, что их свезли со всех храмов Непала. Некоторые статуи выглядели очень торжественно, другие, наоборот, имели странный вид – скалили зубы, пугающе разевали рты, словом, больше напоминали демонов. Все они без исключения были наряжены в яркие разноцветные одежды, с обязательными цветочными гирляндами на шеях. Казалось, что Будды заскучали в своих храмах на облаках, устали наслаждаться благовониями в одиночестве и с удовольствием собрались на общий праздник. Здесь, на конференции, они болтали друг с другом, им не хватало слов, чтобы выразить, как они рады встрече, как уважают друг друга. Буддийские скульптуры передо мной словно ожили. Жаль, что я был всего лишь обычным человеком и не понимал буддийской терминологии, а поэтому мог лишь сложить руки на груди и помолиться.
Люди на стадионе стояли в определенном порядке. Ближе всего к президиуму находился ряд маленьких девочек, каждая держала в руках пятицветный флажок и то и дело махала им. Сегодня у всех, кто пришел на конференцию, был такой флажок. Насколько мне известно, пять цветов символизируют восток, запад, юг, север и небеса. Девочки то садились, то вставали, но ни на секунду не останавливались, на лицах сияли улыбки, они были очень рады и взволнованы. Вероятно, раньше им не доводилось принимать участие в таких мероприятиях. Атмосфера радости и ликования оттеняла их пышущие свежестью лица и яркую, как живые цветы, одежду. От них словно струился свет, сиявший на весь стадион и превращавший всю сцену в разноцветный мираж.
По задумке организаторов конференции участники должны были совершить обход стадиона. Несколько десятков девушек в желто-коричневых нарядах – затрудняюсь сказать, какого именно цвета были их костюмы, – дружно растянули огромное красное полотно, на котором было написано: «Поздравляем Всемирное общество буддистов с открытием конференции!» Они шагали, покачиваясь из стороны в сторону, словно веточки ивы, за ними следовали представители стран-участниц. Количество делегатов было разным – некоторые государства прислали больше человек, другие – меньше. Упомянули даже тех, кто вовсе не имел делегатов, в этом случае непальская девушка несла только табличку с названием страны, а за спиной у нее никого не было. Именно к таким относилась и тайваньская делегация. Табличка гласила: «Тайвань, Китай», но позади было пусто. Я слышал, что тайваньцы все-таки прислали делегацию, но они боялись этой таблички и слов, написанных на ней, как духи боятся камней, отпугивающих зло [112]. Насколько я знаю, тайваньские монахи относятся к нам по-дружески. Молодой тайваньский монах, присутствовавший на этой конференции, радушно помог одному из наших тулку [113] из провинции Цинхай. Если так, то почему же они не хотят идти под этой табличкой? Дружба – это то, что идет у них изнутри, а нежелание идти с табличкой – это внешний образ. Бывает, что внутреннее и внешнее противоречат друг другу. Эту загадку любой знающий человек разгадает с первого взгляда, но ответ лучше сохранить при себе. В итоге за табличкой «Тайвань, Китай» не шел никто, что вовсе не соответствовало воодушевлению, царившему на стадионе. Отсутствие тайваньской делегации вызвало перешептывания среди гостей.
Среди делегатов от западных стран, таких как Западная Германия, США, Канада, Австралия, присутствовали монахи и монахини, побритые налысо. Мое внимание привлекла одна монахиня из американской делегации. Голубоглазая и курносая, она выглядела сдержанной и красивой, а на голове у нее не было ни волоса. Я и слева смотрел, и справа, но никак не мог ничего поделать с тем, что мне вся эта картина казалась смешной. Конечно, я простой человек, но мне кажется, что у Запада своя отдельная нирвана.