– И еще, – Артам внимательно оглядел лица собравшихся. – Нужно оставить всего несколько храмов Илю-хранителю. По одному в Озерной жемчужине, на полуострове, и один у Грованов на западе. Этого хватит для совершения обрядов. И нам спокойнее, и людям.
– Верно горишь, князь, – подхватил его идею Хойдрым. – А то развелось, понимаешь, бездельников. Ходят по поселку и только треплются. А жрать им дай, подношение принеси… совсем обнаглели. А их храмы надо разрушить.
Князья от его пылкой речи рассмеялись.
– Те храмы, которые остались для поклонения Илю, – продолжил Артам, – передайте служителям культа Мары и Иехиль. Одни будут лечить вас, другие – проводить обряд упокоения. И люди сами решат, ходить в храмы или нет. Чтобы избежать перекоса в верованиях, поставьте в храмах жертвенники гремлунам. Пусть люди, если захотят, обращаются с просьбами и к ним. Так мы сохраним равновесие между верованиями в богов. Богов много, и они ревнивы. Так уважим всех, – и он весело рассмеялся, закончив совет фразой, слышанной от Артема: – Хорошо то, что хорошо заканчивается…
* * *
Известие о смуте в княжестве поразило Озерную жемчужину, словно зловещая тень, внезапно упавшая на безмятежный рассвет. Это произошло ночью, когда дикари, обитавшие в слободе левого крыла города, подожгли главный храм Иля – святилище, где раньше горел огонь Славы хранителя. Жрец, пытавшийся остановить их, был убит, и его дух, не находя покоя, скорбно блуждал среди теней, наблюдая за пожаром. Его бог не пришел и не спас его. А озверевшие жители ликовали и выкрикивали воинственные кличи. Их было немного, но остальные жители в страхе сидели по домам и ничего не предпринимали, чтобы остановить разгул смерти и разрушений.
Стражники ударили в набат, и над городом разнеслись тревожные звуки колокола, словно предупреждение о надвигающейся буре.
Мила, проснувшись, вскочила с постели, ее сердце билось учащенно, а в глазах ожил страх. Она громко позвала служанку, которая дежурила у входа в ее комнату. Та вбежала бледная и растерянная.
– Что случилось? – спросила Мила.
Служанка, дрожа, ответила, что не знает. Отстранив ее, в комнату вошел капитан Воржек, его лицо было мрачным и озабоченным. На нем лежала печать растерянности. Сердце Милы тревожно сжалось: что могло случиться, что их капитан потерял уверенность?
– Мятеж, леди Мила, – произнес он, и его голос звучал обреченно и глухо. – Дикари взбунтовались и сожгли храм Иля. Убили его жреца. Они заперлись у себя и никого не впускают. Угрожают расправой всем последователям хранителя.
Мила начала спешно собираться. Не обращая внимания на капитана, натянула на себя штаны, вытащенные из шкафа, рубаху заправила в штаны. Затем, успокоившись, она начала отдавать приказы: поднять по тревоге дружину, отправить дикарям парламентера, узнать, кто их взбаламутил.
– Я думаю, это одержимая демоном, леди Мила, – ответил Воржек. – Мы ее так и не нашли.
– Иди, выполняй приказ, – махнула рукой Мила и, посмотрев на служанку, приказала: – Ты тоже иди.
Оставшись одна, Мила обратилась к своей богине, и та неожиданно быстро откликнулась. Она появилась в спальне Милы. В ней что-то изменилось. Ее облик теперь был величественным и загадочным, как сама ночь. Не испытывая недовольства, она спросила:
– Зачем звала?
– У нас мятеж, – ответила Мила, ее голос дрожал от волнения.
– Я знаю, – ответила Мара. – Но это не мятеж против вас, это против Иля-хранителя. Мальчишка попался в ловушку демонов и решил откупиться жизнями тысячи тифлингов. Вот они и бунтуют. Потерпи, и скоро все уляжется. Моя сестра уже занимается этим вопросом.
– А что делать с дикарями? – спросила Мила.
– А что с ними делать? Казни самых буйных, помилуй остальных, и все это благосклонно примут, – ответила богиня, ее голос был мягким, но в нем слышалась сталь.
– В слободе, где живут дикари, прячется одержимая…
– Я знаю, – перебила ее Мара. – Что ты хочешь от меня? Узнать, кто это? Когда приедет Артам, спроси его, он сможет ее найти. И еще. Артем просил, чтобы я отдала тебя Артаму. Артам согласился. А ты что скажешь?
– Я тоже согласна, – ответила она.
– А как же любовь? – улыбнулась богиня.
– Потом придет, – ответила женщина, ее голос был уверенным и твердым.
– Ты прагматична, моя жрица, – произнесла Мара. – Это хорошо. Ты не сентиментальна и знаешь, чего хочешь. Мы ограничим влияние Иля на вас с Артамом. Живите и властвуйте. Мои тифлинги сейчас противостоят бунтарям. К ним приходят другие, так что не бойся.
Богиня скрылась, оставив Милу в раздумьях. Ее жизнь вошла в нужное русло. Бунт в слободе больше не беспокоил. Она узнала свое будущее, и оно вознесло ее на самую вершину. Сердце женщины сладостно заныло. Она станет женой великого князя Артама и будет править всем Озерным княжеством. Ей не придется быть второй женой, уступая первенство дикарке за рекой. Окончательно успокоившись, она вооружилась амулетами, надела меховую жилетку и вышла в зал, где собрались придворные.
