У Пифия приоткрылся рот. Арчи внимательно смотрел на него.
– Ну и вопросы ты задаешь, Арчи Кремер. Может, ты лучше о судьбах мира будешь думать? –усмехнулся Пифий. – Тебе по возрасту все-таки ближе. А ты разве не чувствуешь ничего?
– Я злился на вас, что вы следили за мной, но как-то… механически. Я пытался злиться и на Арта, и не получается. Наверное, я должен злиться и на себя, что… что… – Арчи покосился в сторону окна, сдвинул брови и упрямо продолжил: – что… мне неприятно… ну, выходить, понимаешь? Чтобы на меня все глядели. Но даже это… ну… Оно не такое. Оно как будто чужое, не мое. Просто не такое.
Арчи смотрел на него. Пифий отложил планшет, сплел пальцы, внимательно смотрел на него.
– Арчи, скажи, эти мысли – как они возникли?
В ответ – вместо ответа, наверное – Арчи вжался в спинку.
– Пойми меня правильно, – Пифий вскинул руки, открыв ему ладони – то ли показывал, что безоружен и почти беспомощен, то ли демонстрируя, что искренен с ним до самого предела. – То, что ты говоришь – это очень хорошо. Это здорово, Арчи, великолепно. Но это было бы ожидаемо, если бы ты был лет этак сорока от роду. А тебе дотуда еще пилить и пилить.
– Ты всегда требовал, чтобы я внятно говорил, что мне не нравится, – огрызнулся Арчи и отвернулся.
– И что плохого в том, что ты можешь внятно объяснить, что у тебя на уме? – не думая предаваться сочувствию, пожал плечами Пифий. Арчи недобро посмотрел на него. – Ладно, – хмыкнул Пифий. – Попробуем иначе. Вы с Артом, я так понимаю, постепенно ищете общий язык. Так? – подождав немного, рассчитывая все-таки получить ответ, но тщетно, он продолжил: – Будем считать, что относительно успешно. И как ты к этому относишься?
Арчи пожал плечами.
Пифий, тщетно подождав полминуты, покачал головой и продолжил:
– Давай попробуем зайти с другой стороны. Твою ситуацию нормальной не назовешь. И что-то мне кажется, что ты не просто анализируешь, что да как да как тебе в ней живется, но и выискиваешь подвох. Ты присматриваешься к себе и своим ощущениям куда более пристально и подозреваешь каждое движение души, что оно неправильное, не такое. Вообще, – Пифий принял более удобную позу, – вообще что ты испытываешь, когда стоишь перед зеркалом? Это ведь ты перед ним стоишь, Арчи Кремер. Или ты твердо уверен в ином? Даже не так. Ты готов принять то отражение в зеркале как свое?
– При чем здесь мое отражение? Как это вообще связано? – хмуро спросил Арчи.
– С тем, что ты придираешься к себе. Что выискиваешь недостатки и оплошности. Я даже подозреваю, что не столько в твоих отношениях с Артом, сколько в себе самом. У тебя уже сложились какие-то представления о себе и о том, как следует себя вести в каких-то ситуациях. Арт, я так понимаю, в эти представления не вписывается. В твоей жизни что-то происходит, и ты впихиваешь это событие в знакомые тебе рамки, забывая, что они уже не подходят. Люди глазеют на тебя, потому что ты – привлекательный молодой человек, а не потому что ты маленький мальчик с деформированным телом, да еще и в экзоскелете. Например. Ты ждешь, что, нырнув в ледяную воду, ты замерзнешь за дюжину секунд, а вместо этого Арт контролирует теплообмен, понизив температуру тела, чтобы увеличить энергию, необходимую, чтобы твоей голове было тепло, и все в порядке. Ты не способен сердиться или пугаешься не так легко, потому что твое тело не вырабатывает гормон страха или ненависти, и поэтому твои эмоции оказываются сглаженными по сравнению с тем, что было раньше. Так что давай еще раз. Что именно сбивает тебя с толку в том, что ты не сердишься на Арта? Он не дождался твоего распоряжения, не разбудил тебя, а просто сделал то, что объективно являлось самым разумным. Ты согласен с тем, что это решение разумно, пусть оно и не твое. Все ведь в порядке. Или твоему человеческому самолюбию неприятно признавать правоту искина? И не абы какого искина, Арчи Кремер, а Арта, которого тебе навязали помимо твоей воли. Так?
Арчи отвел глаза – снова вправо и вниз.
Пифий решил рискнуть.
– Арчи, оттого, что ты примешь Арта, ты не перестанешь быть Арчи Кремером. Оттого, что ты будешь делить свою жизнь с ним, а его жизнь с тобой, ты не растворишься в Арте. Ты останешься тобой.
Арчи смотрел на него.
– Думаешь? – тихо спросил он.
– Уверен, – спокойно ответил Пифий. Он ухватился руками за колено, улыбнулся торжествующе – самую малость, совсем немного, рассчитывая на ответную улыбку.
Арчи отвел глаза. Пожал плечами.
– Возможно, – бросил он и встал. – До вечера.
– Твой кофе, – поспешно произнес Пифий, нахмурившись.
Арчи взял сверток с сандвичем.
– В вендоре возьму, – буркнул он.
