— Ну, может быть, не стоит снова спускаться на Шестой уровень.
— Это моя работа-расставлять книги по полкам.
— Расскажи об этом Клото, и она позаботится о том, чтобы эти книги были переданы другим.
— Это кажется трусостью.
— Я не хочу знать, что может выползти из этой тьмы, если ты, сотворенная Котлом, боишься этого. Особенно если его… тянет к тебе.
Неста опустилась в кресло рядом с Гвин.
— Я не воин.
— Ты убила короля Хэйберна, — повторила Гвин. — Ножом Говорящего с тенями.
— Удача и ярость, — призналась Неста. — И я обещала убить его за то, что он сделал со мной и моей сестрой.
Мимо прошла жрица, увидела, что они бездельничают, и поспешила прочь. Ее страх оставил в воздухе привкус подгоревшей пищи.
Гвин вздохнула ей вслед.
— Это Ривен. Она все еще чувствует себя неуютно при любом контакте с незнакомыми людьми.
— Когда она приехала?
— Восемьдесят лет назад.
Неста вздрогнула. Но печаль наполнила глаза Гвин, когда она объяснила:
— Мы здесь не сплетничаем друг о друге. Наши истории остаются с нами, только мы решаем рассказывать их или нет. Только Ривен, Клото и Высший Лорд знают, что с ней случилось. Она не будет об этом говорить.
— И не было никакой помощи для нее?
— Я не посвящена в это. Я знаю о доступных нам ресурсах, но не мое дело, использовала ли их Ривен. — По беспокойству, отразившемуся на лице Гвин, Неста поняла, что воспользовалась этими услугами. Или, по крайней мере, пыталась.
Гвин заправила волосы за уши.
— Я собиралась найти тебя вчера, чтобы еще раз поблагодарить за то, что ты подменила книгу, но я была занята работой с Меррилл, — Она наклонила голову. — Я у тебя в долгу.
Неста потерла стойкую судорогу в бедре.
— Ничего особенного.
Гвин заметила это движение.
— Что у тебя с ногой?
Неста стиснула зубы.
— Ничего. Каждое утро я тренируюсь с Кассианом. — Она понятия не имела, знает ли Гвин о нем, поэтому уточнила:
— Генерал Высшего Лорда…
— Я знаю, кто он. Все знают, кто он такой. — По лицу Гвин ничего нельзя было прочесть. — Почему ты тренируешься с ним?
Неста смахнула с колена комок пыли.
— Скажем так, мне предложили несколько вариантов, и все они были направлены на то, чтобы… обуздать мое поведение. Тренировка с Кассианом утром и работа здесь днем были самыми приятными.
— Почему тебе нужно сдерживать свое поведение?
Гвин действительно не знала — о том, какой ужасной, жалкой расточительницей она стала.
— Это долгая история.
Гвин, казалось, прочла ее нежелание.
— Что это за тренировка? Бои?
— Прямо сейчас, это очень много балансировки и растяжки.
Она кивнула на ногу Несты.
— Такие вещи болезненны?
— Да, когда ты так же не в форме, как и я, — Жалкая слабачка.
Мимо прошли еще две жрицы, и, очевидно, одного их присутствия было достаточно, чтобы Гвин вскочила на ноги.
— Ну что ж, мне пора возвращаться к Меррилл, — заявила она без тени торжественности. Она кивнула в сторону темноты. — Не ищи неприятностей.
Гвин повернулась на каблуках, голубая вспышка сверкнула в ее руке.
— Почему ты не носишь этот камень на голове, как другие?
Гвин сунула камень в карман.
— Потому что я этого не заслуживаю.
***
— Неужели это все, что мы будем делать? — спросила Неста на следующее утро на тренировочном ринге, поднимаясь с того, что Кассиан назвал приседанием в реверансе. — Равновесие и растяжка?
Кассиан скрестил руки на груди.
— Пока у тебя дерьмовый баланс, да.
— Я не так уж часто падаю. — Только каждые несколько минут.
Он жестом предложил ей сделать еще одно приседание.
— Ты все еще держишь вес на правой ноге, когда стоишь. Она раскрывает бедро, и правая нога слегка откатывается в сторону. Весь твой центр смещен. Пока мы не исправим это, ты не начнешь ничего более интенсивного, независимо от того, насколько ловко ты стоишь на ногах. Ты только навредишь себе.
Неста выдохнула, делая еще один присед, ее правая нога скользнула за левую, когда она низко пригнулась. Огонь обжигал вдоль ее левого бедра и колена. Сколько реверансов она отрабатывала под пристальным взглядом матери? Она и забыла, что они такие мучительные.
— Стоишь ты идеально.
— Да. — Непоколебимое высокомерие сквозило в каждом слове. — Я тренируюсь с самого детства. Мне так и не дали возможности научиться стоять неправильно. Есть двадцать пять лет на устранение вредных привычек.
Она поднялась с корточек, ноги ее дрожали. У нее мелькнула мысль объявить о сделке и приказать ему больше никогда не заставлять ее приседать.
— И ты действительно наслаждаешься этими бесконечными упражнениями и тренировками?
— Еще два, и я тебе скажу.
Ворча Неста, повиновалась. Только потому, что она устала быть слабой, как мяукающий котенок, как он назвал ее несколько ночей назад.
Когда она закончила, Кассиан сказал:
— Я принесу воды. — Утреннее солнце безжалостно жарило.
— Мне не нужно, чтобы ты говорил мне, когда пить, — отрезала она.
— Тогда давай, падай в обморок.
Неста встретила его ореховый взгляд и с серьезным лицом выпила воду. Чтобы у нее перестала кружиться голова, сказала она себе.
