Фриджек был ошарашен. Пятнадцать монет за литр!
— Грабёж, — тихо возразил мародёр.
— Небольшое подорожание, — заметил продавец.
— Почти вдвое! — выкрикнул разбойник.
— Всего лишь в полтора раза, — улыбнулся парень.
— А причины? — тихо спросил Фриджек.
— А вы платите или всю воду обратно сливаем? — лицо продавца вновь расплылось в улыбке.
Фриджек нехотя отсчитал пятнадцать золотых. Со словами «обращайтесь ещё» и «спасибо за покупку» продавец закрыл за собой дверь. Фриджек уселся на кровать. В среднем — думал он, — человеку нужно четыре литра воды в день, это значит, что сутки жизни стоят около золотого, считая еду и немного электричества. Золотой в сутки — не проблема, когда есть работа, однако сейчас, когда её нет, его существование стоит под вопросом. Фриджек думал, что на среднестатистическую семью из трёх человек, где двое работают, надо две с половиной золотые монеты. Он не представлял как высока поддержка Столицы населения, не являющегося наёмниками или бандитами, но сейчас он осознал, что их помощь просто невероятна. Она могла поддерживать жалкое существование тысячи людей, обречённых на смерть.
Фриджеку надо было срочно найти работу. Его работу. Ту, что может принести ему деньги.
Проверив аккумулятор и выяснив, что при таких нагрузках он продержится ещё пару-тройку дней, Фриджек завалился спать. На сегодня хватит разочарований. Завтра он найдёт работу.
Ночью было невероятно холодно. Окно наружу было приоткрыто, мародёр дышал морозным воздухом, наслаждаясь. Эта бессонная ночь была очень длинной, однако сознание Фриджека было ясно, как день. Он мечтал, да, он жаждал увидеть Столицу, то место, что кормило тысячи людей, что было пристанищем верхушек общества, он хотел увидеть самый большой источник воды в его стране, он мечтал увидеть те поля, на которых выращивали кукурузу.
Эта ночь длилась вечно. Фриджек подмерзал. На кой чёрт ему выпало родиться на закате человечества? Он всегда думал, что живёт не в то время. Он мечтал увидеть океаны, не на картинках, а вживую, он мечтал не думать о том, кого стоит убить за пару кусков хлеба и как долго ему хватит новой бочки с водой. Он был одинок, но одиночество не обременяло Фриджека. Он не любил случайные знакомства, он никогда не хотел ничего менять, да, он был слаб. Но быть человеком — быть слабым, ничтожным, во всём мире быть одному против всех — о да, жизнь, порой, давала дельные советы. Никому не доверять. Никого не любить. Ни с кем не говорить. Так или иначе, в этом мире нет друзей.
Ночь была невероятно длинная. Но и она имела конец. Фриджек стал замечать очертания чёрного шкафа, потускневший цвет когда-то голубых стен. Ночь закончилась, как и раздумья Фриджека. Более он не человек. Он вновь стал наёмником.
Фриджек умылся ледяной водой из бочки. Он взбодрился, да, это пошло ему на пользу. Впервые за эту неделю Фриджек был спокоен, а его помыслы — чисты. Он наслаждался каждым мгновением этого утра, каждой секундой тишины. Фриджек взглянул на наручные часы, до того древние, что они точно видели Тёмные времена.
Было пол пятого утра. Восход солнца — то, что любил наблюдать Фриджек с крыши своего двухэтажного небоскрёба. На улице было холодно, однако прекрасная утренняя заря согревала его прогнившую душу.
Солнце уже поднялось над горизонтом, когда Фриджек волочился в центр города в своей повседневной одежде. На улице он мог дышать, воздух и песок ещё будут холодными около трёх часов. Он любил это раннее время суток, сейчас на улице никого нет, только лишь редкие торгаши повылезали из своих нор. Фриджек же направлялся в бар, размещённый напротив водозаправочной станции.
Бесшумно отворив недавно смазанную дверь, мародёр ступил на скрипящий пол. Его появление не вызывало у посетителей интереса: все вчерашние пьяницы мирно спали кто на полу, кто за столами. Даже бугай бармен посапывал за рабочим местом.