Опахалами пальмы недвижны. Стоит
Лунный свет на воде, серебристо играя –
Но не виден, не виден возлюбленный лик,
Но не чувствует жизнь, как она истекает,Как уходит до срока, до времени страсть,
Как по капле прогорклой источник иссякнет,
Как холодная Вечность с пустыми глазами
Час последний стремится у жизни украсть.
Ноябрьских туч пугающий размах
На после праздников затеяла природа.
В каких кастрюльках и каких котлах
Кипела неприветная погода?
Темно в проулках и темно в дому,
Бак хворей настоялся потихоньку.
Когда случилось, право, не пойму,
Прорвало тоненькую перепонкуМеж бабьим летом и зимою. Враз
Хоть градусы невелики, но стало зябко.
И вяло повисает тряпка
Вчерашних флагов в праздничный окрас.
Мавританский тонкий месяц зацепился
За вершину минарета-кипариса.
Привоверный в своей вере утвердился,
А эмир играет в шахматы с Каиссой.
Почему-то, отчего-то и зачем-то
Мне припомнился игрок из Татарстана.
В тонких пальцах тлела сигарета,
Падал пепел вглубь – на дно стакана.Не ищи, приятель, точности в портрете,
Описанью не подобен вид де-факто.
Но – сквозь пальмы лист на минарете –
Кипарисе – месяц стал ухватом.Цепь ассоциаций и метафор –
Звенья тянутся и рвутся серой стаей.
Тень поэта на пороге рая –
Вьется синевой обрывок шарфа.
Остатки капельные на траве дождя
Явились восхитительной эгреткой
У кромки лужи. Пальцем в небо попадя
Сравнением не столь уж метким,
В скольженьи мысли пряно-дождевой,
В полете облачным путем над миром,
Как мышка поймана на запах сыра,
Ловлюсь на искры солнца над водой.И небо, проткнутое пальцем невпопад,
Косых лучей шлет нити на починку.
И рву беспечно рифмы паутинку,
И зелен стихотворный виноград.
Ударом в глаз, к зеленому привыкший,
Взлет гейзера – охряной сикоморы.
Вдали в тумане проплывают горы –
Архипелаг отдохновения от вспышек.
Там на горах воздушный слой покоя
Зовет к себе придти прыжком с балкона.
И одеяние жемчужно-голубое
Дает слиянье с синевой бездонной.В холодном лёте леденеет тело.
Последний шепот губы голубые
Не завершат. Душа остекленела.
И гейзер сикоморы очи выест.
ГОловокруженье? Иль несутся облака
В сумашедшей самбе атмосферы?
Я к своей карьере неспособная никак –
Перелетной зАвидной карьере.
Стайки воробьиные по осени шумят,
В лёт предполагая отправляться.
Никуда не денутся – на трезвый птичий взгляд
Нечего им по миру болтаться.Что это за свойство немощной души –
Так привязчива к родному месту.
ЗА морем домашним воздухом дыши –
Тили-тили, тили-тили – тесто…
Старинный свадебный обряд
Волнует всех живейшей силой.
И радость редкая на нас
Нежданно мощно накатила.
Невеста бабочкой летит,
Жених, взволнован, рядом с нею.
Роскошных роз букет стоит,
Сравниться с девушкой не смея.Для близких праздник наступил,
Для жениха с невестой – сказка.
Старанья были не напрасны —Мечты сбылись!
И будем жить!
А как плясал народ на этой свадьбе!
Оркестр лабал мелодии – оттуда.
Флорист цветами залы испохабил.
Официанты разносили блюда.
Хмельные волны спьяну ветродуи
Взметнули вместе с женихом-невестой —
То новобрачных, усадив на стулья,
Под потолок подняли местные атлеты.Мешались звуки музыки цыганской
С еврейской и узбекской. Что за диво!
Мы все желаем – сделайте красиво! –
Такая получилась эта свадьба!А в уголке рыдал, упившись вдребезг
За здравие молодоженов, мальчик.
И горю зал просторный станет тесен,
И разорвется взрывом этот зальчик.
