– Давай, рассказывай. Мне сейчас губернатор будет звонить, надо его хоть чем-то порадовать.
Филиппов плеснул себе кофе в чашку, сделал небольшой глоток и поморщился – кофе оказался таким крепким, что им впору было сваи заколачивать. Сердце с опаской бухнуло, предупреждая, что ночь была неспокойная, а день предстоит длинный. Филиппов налил себе холодной воды и сделал несколько больших глотков, чтобы избавиться от горечи во рту.
– Можете порадовать тем, что у нас один труп, а не четыре.
Смольский, принявшийся было за свою кашу, вскинул голову:
– Не понял.
Филиппов кивнул:
– Только что пришла генетическая экспертиза, – он достал из папки и положил на стол заключение. – Убит Вишняков. Его сыновья, Николай и Александр, оказались антропоморфами – уже направил запрос в НИИ трансплантологии сознания на выписку из реестра, нужно узнать, когда и при каких обстоятельствах погибли Николай и Александр Вишняковы, раз их сознание было оцифровано и внедрено в биологические клоны. А супруга, Анна Вишнякова, вообще андроид.
Смольский присвистнул. Отставил тарелку с кашей.
– Ничего себе… Это ж как так, интересно, получилось… Если парни у Вишнякова погибли, то об этом хоть где-то в СМИ было бы написано. Но, с другой стороны, если Вишняков не хотел для своих сыновей усечения в правах, мог и скрыть, как иначе получить цифровой материал. Нда-а, – он прищурился. – Родственников, знакомых, бывавших в доме, домоправительницу, опросил?
– Предварительно да, но в свете новых данных нужны повторные опросы.
– Не тяните… Дело, сами понимаете, наипервейшей важности: профессор, уникальный специалист… Кстати, вы сказали «убит»? Это уже точно?
Филиппов кивнул:
– Результаты вскрытия будут в понедельник готовы, как и заключение трасологов… Но предварительно и Тучин, и Понасенко уверены, что сам не мог застрелиться, характер входного пулевого отверстия говорит о выстреле в упор, примерно с расстояния полтора-два метра.
Вадим Олегович задумался. Положив руки перед собой, тихонько отбивал тревожную дробь подушечками указательных пальцев.
– Плохо, – заключил он и посмотрел на следователя: – А домоправительница что говорит? Она же трупы… труп… первой обнаружила.
– Я отправил Яблочкина опросить Злобина, это управляющий Северной слободой. С домоправительницей хочу поговорить сам. Вот после нашей с вами встречи и отправлюсь, как раз Василий Егорович что-то путное, надеюсь, добудет.
Смольский вернулся к своей каше:
– А что ты надеешься узнать от управляющего?
– Например, как давно домоправительница работает в доме, какие отношения, по его мнению, были у Вишняковых внутри семьи. Они видели и Анну, и парней каждый день да не по разу, как могли не понять, что Анна – не человек?! Да и по сыновьям не все ясно.
– Ну, знаешь, сейчас такую технику выпускают…
– Это, кстати, еще одна странность. Андроид Анны – весьма продвинутая модель, у нее даже технологические жидкости красного цвета и по составу напоминают кровь и имеют биологическое происхождение, наш дрон не сразу сообразил при удаленном обследовании, что перед ним – машина. Только когда криминалисты напоролись на микросхемы…
Вадим Олегович хмыкнул:
– Ничего себе.
– Да… – Филиппов разделял его удивление. – Я подготовил запрос, хочу с производителем поболтать. Хочется понять, как опытная модель, не поступившая еще в широкую продажу, могла оказаться в доме Вишнякова и стать носителем личности его жены.
– Это ты верно подмечаешь, Федот Валерьевич… А сама супруга где? Сыновья? Если нет заключения о смерти, то…
Смольский поморщился – дело принимало скверный оборот, как бы светило и профессор не оказался маньяком, припрятавшим тела своего семейства и выдававшим копии за настоящую родню. Он налил себе кофе, сделал глоток и тоже поморщился, пробормотав, «гадость какая». Филиппов налил ему стакан воды и придвинул ближе. Проговорил:
– Пока доподлинно не известно, что Вишняковы-младшие мертвы, Анну и сыновей пока предлагаю объявить в розыск. Вот, постановление вам на подпись приготовил. – Он достал из папки еще один лист и положил перед Смольским. – В базе электронный оригинал имеется.
Смольский пробежал взглядом бумагу, подписывать пока не стал. Спросил вместо этого:
– Что думаешь делать?
– Пока готовится экспертиза, буду отрабатывать другие версии, проверю ближайшее окружение Вишнякова, посмотрю, какие отношения у него были на работе. Сейчас еще раз перепроверяем все потожировые следы, на случай, если Анна все-таки присутствовала в доме, но по каким-то причинам исчезла из него совсем недавно…
– Похищена? Сама организовала убийство? Мм, интересная версия. – Он поставил на стол стакан, посмотрел в окно. – Убийство на бытовой почве, конечно, отметать не имеет смысла, тем более при таком раскладе… но… Не слишком я в него верю.
