Как и вчера, он внимательно слушал Энн, но в какое-то мгновение обернулся, поймав мой взгляд, ненадолго удержал своим, призрачным, дал понять, что увидел меня. Заметил. Передо мной все еще был Баррико, открытый на весьма пикантном развороте. Я резко захлопнула книгу. Уголок губ Майка дрогнул, еле заметно пополз вверх, в глазах зажегся сдержанный интерес.
– Весьма интересная работа. – Сделав шаг, он оказался напротив меня и, положив ладони на книгу, потянул к себе. Я, удерживая том с обратной стороны, не пустила. Не нужно было обладать моими способностями, чтобы понимать, что я ни в коем случае, ни при каких обстоятельствах, никогда не должна давать Майку эту книгу.
– Не думаю, что эта вещь тебя заинтересует.
– Она меня
– И все же мне кажется, эту
«Шелк» скользил между нами противовесом, перетягиваясь то в мою, то в его сторону. Что-то большее, чем книгу, разыгрывали мы сейчас. Судьбу?
– Ты так боишься того, что я ее
– Дело не в страхе, просто
– А ты всегда читаешь только
Никто из нас уже даже не пытался делать вид, что мы говорим о литературе. Сгустившееся напряжение между нами можно было нарезать кубиками и размешать в кофе. Но силы были не равны, никогда не были и не будут. Голубые глаза подавляли зеленые и требовали безоговорочной капитуляции. Но я никогда не сдавалась молча. Зная уже, что проиграла, проговорила чуть слышно и наконец умолкла.
– Нет. Потому и уверена, что из этого ничего хорошего не выйдет.
И он ответил мне также негромко:
– Знаю. Но я все равно ее хочу.
Аккуратно, даже нежно отвел мои ладони от книги, открыл под пристальным взглядом. Я видела цитату верх ногами, читать было неудобно, но это было важно, узнать, что там. Майк, не дожидаясь просьбы, невыразительным голосом продекламировал:
В груди стало больно и сладко, захотелось спрятаться в темный угол и плакать, плакать, выворачиваясь из кожи вон, но я просто стояла и делала вид, что все хорошо. Ничего не происходит, всего лишь самый обычный разговор с самым обычным мужчиной.
Майк спросил у Энн «Сколько?», а она ответила ему «97 долларов», и он отдал ей сотню «сдачи не надо», и вот так просто, без всяких усилий, купил книгу. Купил меня.
Договорившись с нами встретиться вечером на том же месте – не помню, чтобы я сказала «да», но этого, на самом деле, никто и не ждал – он вежливо попрощался и ушел. Стоя спиной к прилавку, мы смотрели ему вслед: Кейт, Рыжая и я.
– Энни. – я вдруг неизвестно почему всхлипнула, как ребенок. – Энни, это была моя книга.
Она не отшутилась, не выдала очередную похабщину. Посмотрела серьезно и печально, в первобытном жесте защиты провела по моим волосам, утешая.
– Я подарю тебе другую.
Я не верю в предопределенность. Иронично слышать такое от женщины, в чьей жизни абсолютно все случилось вопреки, а не благодаря, но тем не менее я убеждена в том, что человеку дано выбирать.
Но еще я слишком хорошо знаю, как порой устаешь от внутреннего критика – некоторые называют его стержнем – который заставляет нести ответственность, быть осознанной и не есть после шести вечера.
Со мной случилось то, что Голд называл «синдромом предсказанной судьбы». В момент, когда Майк забрал книгу, я сама предопределила своё будущее, убедив себя, что теперь между нами обязательно что-то произойдет. Возможно, тонкая магия и имела место, но реальным то, что произошло дальше, стало лишь потому, что я так решила сама.
Просто иногда каждому из нас необходима книга, чтобы иметь возможность сказать: «Я ничего не могла поделать. У меня не было выбора»
