Остановись… подумай… подыши…
Сердцебиение замедлилось. Тяжесть в груди утихла. Чувство надвигающейся гибели исчезло.
И не успел он опомниться, как снова увидел свет, а локти и колени больше не бились о камень.
Свобода!
Облегчение было безмерным, но он все равно не понимал, где он и что вокруг. Только заметив, куда движутся пузырьки, он смог отличить верх от низа. Он быстро направился обратно, боясь, что Эльза тоже запаниковала. Он уже собрался нырнуть в облако ила, когда оттуда появилась она. Взгляд из-под маски был напряженным, но спокойным.
Он подал ей знак – все в порядке, она ответила тем же.
«Господи, – подумал Марти, – ведь я едва не утопил нас обоих».
В течение следующего получаса они наткнулись на множество развилок в туннелях и почти столько же тупиков. Марти приуныл и почти смирился с тем, что до устья пещеры, где могут обитать русалы, им не добраться.
Теперь они плыли в удобной связке по проходу около трех метров в ширину и пяти в высоту. Впереди он снова сужался… чувствовалось, что с той стороны идет легкое течение. Марти приободрился – ведь это значит, что, скорее всего, неподалеку главный канал, от которого они в какой-то момент отклонились. Но все равно, двигаться в ту сторону рискованно. Два предыдущих сужения, по классификации дайверов, были «незначительными». А это уже «значительное», то есть, чтобы его преодолеть, придется отстегнуть баллоны.
Марти проверил свой подводный компьютер: через десять минут надо поворачивать назад.
Стоит ли пробиваться сквозь серьезное сужение, учитывая, как мало у них осталось времени и как велик риск? Или лучше перестраховаться, смириться с потерями и на сегодня закончить?
Марти знал ответ сразу, но не собирался снова подвергать Эльзу опасности.
Он подал сигнал, чтобы она ждала на месте, потом снял со спины баллоны. Она хлопнула его по плечу и покачала головой. Он подумал, что она велит ему остановиться, но следующим знаком она дала понять, что идет с ним.
Времени на обсуждение не было, как не было и возможности что-то обсуждать, и он просто кивнул.
Толкая баллоны перед собой, он первым вплыл в проход.
Ему пришлось плыть боком, чтобы втиснуться в узкое пространство. Через некоторое время проход закрутился. Он повернулся, чтобы плыть вверх, баллоны все время скреблись о стенки. К счастью, из-за течения ила было немного, и видимость оставалась хорошей. Затем туннель снова выровнялся, но стал таким тесным, что даже при нейтральной плавучести Марти волочился животом по земле и задевал головой потолок. Он даже не мог оглянуться, чтобы посмотреть, как там Эльза.
Он старался не думать о том, что делать, если проход сузится до такой степени, что путь вперед будет перекрыт.
Но случилось именно это.
Немного поколебавшись, он стал пихать баллоны в базальтовый клапан. Их заклинило.
Выругавшись про себя, он толкнул их снова.
Они выскочили на другую сторону.
Марти выдохнул, чтобы уменьшить грудь, втянул живот и протиснулся следом за ними.
Наконец проход расширился до приемлемых размеров. Вскоре к Марти присоединилась Эльза, они поплыли рядом против течения, постепенно поднимаясь. Туннель становился все шире, а течение – все сильнее. Вынырнув на другой стороне, они оказались в пещере размером с небольшой дом.
Марти глянул на свой подводный компьютер. Они должны были повернуть назад уже десять минут как. Он проверил манометр. Первоначально давление в двойных стальных баллонах было 2800, и он уже израсходовал 1100, то есть начал расходовать резерв безопасности.
Все равно, канал выходит в океан где-то недалеко. Можно двигаться дальше, всплыть в море и добраться до берега.
Нет. Такой план не подходит. Они могут заблудиться, не найти выход, а воздуха, чтобы вернуться тем путем, что пришли, им не хватит.
У дайверов есть поговорка: наблюдать, как давление воздуха падает до нуля, – это не лучший способ провести свои последние часы, и он всем сердцем был с этим согласен.
Вернусь завтра, утешал он себя, и послезавтра, если понадобится. Пусть на это уйдут недели или годы, но я, черт возьми, буду возвращаться сюда каждый день, пока не найду русалов.
Он покрутил указательным пальцем, показывая Эльзе, что погружение закончено. Она кивнула.
Когда они разворачивались, мимо стремительно пронеслось что-то большое – и исчезло в чернильной бездне.
Эльза понимала, что они испытывают судьбу. К максимальному времени в глубинах они уже добавили двадцать минут. Значит, резервного воздуха у них на двадцать минут меньше, то есть окно безопасности сократилось до сорока минут. Вроде бы времени достаточно, но мало ли что может случиться? Даже несколько минут лишнего воздуха могут сохранить тебе жизнь.
Под водой надо действовать по плану. Иначе – смерть.
Вот, собственно, и все.
Она уже собиралась просигналить Марти, что пора возвращаться, но тот подал сигнал первым. Эльза кивнула и начала вертолетный поворот, вращаясь вокруг горизонтальной оси, как вдруг рядом вспыхнуло голубое свечение и мелькнула белая кожа.
