Ведомая инстинктом, из чехла, пристегнутого к наплечной сумке, Эльза вытащила титановый нож и поплыла к русалке. Та повернула голову в ее сторону, и Эльза впервые заглянула ей в глаза. Они напоминали глаза совы – внимательные, знающие. По позвоночнику леденящей струйкой растекся страх.
Эльза, будь у нее возможность, вонзила бы зубчатый нож в грудь русалки, но та, видимо почуяв угрозу, скрылась в черной воде.
Перехватив загубник, Эльза вернула его Марти, и тот сунул его в рот. Она подняла два больших пальца – немедленно всплываем, что они и сделали. Вынырнули они под куполом, пространство примерно вдвое больше, чем воздушный карман, где они всплыли час назад.
Они вынули изо ртов загубники и жадно глотнули стылый воздух. С сердцем, колотившимся куда быстрее нормы, Эльза сказала:
– Она знала, что делает! Она пыталась тебя утопить!
– Откуда она могла знать…
– Знала! Нам надо сейчас же вылезать из воды. – Она посветила фонарем вокруг купола и обнаружила вырубленный в стене выступ. – Туда!
– Черт! Моя сумка! Я обронил сумку!
– Забудьте! Может, это существо сейчас прямо под нами!
Не ожидая ответа, она поплыла к выступу.
Поняв, что вызволить сумку сейчас не получится, Марти последовал за Эльзой и добрался до скалистого выступа через несколько мгновений после нее. Скала кончалась чуть выше поверхности воды, и пришлось как следует напрячься, чтобы на нее вскарабкаться. В воде вес подводного снаряжения был почти неощутим, и сейчас Марти вдруг отяжелел, как слон. Он заметил, что Эльзе тоже не просто выбраться из воды. Он уже собрался помочь ей и взять за руку, но ее глаза внезапно расширились, а тело задрожало, будто кто-то ее дернул. В следующий миг ее утащило под черную поверхность воды.
– Эльза! – воскликнул Марти и посветил фонарем туда, где она только что была. Он увидел только стайку пузырьков и уже собрался нырнуть за ней (самоубийственный поступок, но не сидеть же сложа руки?), но тут она пробилась на поверхность, хватая ртом воздух, лицо искажено ужасом, в правой руке зажат нож. Марти схватил ее за кисти и вытянул на край выступа с такой силой, что упал назад и сильно ударился о стальные баллоны, пристегнутые к спине. Черепом он треснулся о скалу, на долю секунды его пронзила боль – и он потерял сознание.
Рэд и Джеки сидели на валунах, когда-то частично бывших крышей пещеры. Скрестив ноги и нетерпеливо притопывая правой, Рэд снова глянула на часы. Бабочки в желудке запорхали быстрее.
– Уже десять минут, как должны были вернуться.
– Успокойся. – Джеки рассматривала в телефоне снимки пещерной живописи. – Сейчас появятся.
– Я все думаю о них: плывут в кромешной тьме по этим туннелям, а если что случится, к поверхности дороги нет. Кем надо быть, чтобы отважиться на такое?
– Надо быть намного смелее, чем мы с тобой, это точно. Ты знала, что Марти – пещерный ныряльщик?
– Знала, что он – опытный ныряльщик в открытой воде. Он меня несколько раз брал нырять у коралловых рифов. Но про пещеры не говорил никогда.
– Думаю, это входит в правила игры.
– В смысле?
– Если решил посвятить жизнь поиску русалок, – объяснила Джеки, – и считаешь, что они живут в подводных туннелях под островами, в какой-то момент тебе захочется эти туннели обследовать.
Рэд покачала головой.
– Я попробовала почти все экстремальные виды спорта на суше, но плыть в узком туннеле под водой – извините. Обделаюсь от страха.
– А какие экстремальные виды спорта ты пробовала?
– Назови любой.
– Скалолазание?
– Было. И по ледникам в Швейцарии поднималась.
– Парапланеризм?
– Безусловно.
– Катание на скейтборде?
– Катание на скейтборде? Разве это экстрим?
– Я имею в виду скоростной спуск на скейтборде. Когда перекрывают участки трассы. Видела по телевизору.
– Тут ты меня обставила.
– На плотах по стремнинам?
– Было. Обожаю.
– Паркур?
– Парк что?
– Есть такой городской вид спорта. Никогда не видела психов, которые лазят по стенам зданий, прыгают с крыш в переулки и все такое?
– Я не человек-паук, Джекс.
Джеки убрала телефон.
– Пару лет назад, когда паркур начал входить в моду в Коломбо, я написала статью для «Дейли миррор». О курсах по преодолению препятствий, в рамках военной подготовки. От этого зрелища мурашки по коже. Одно неверное движение, один просчет – и из конечности торчит кость, либо ты раскроил себе череп. Изучая этот вид спорта – если можно назвать это спортом, – я целый день провела в обществе одного подростка. Он был одним из лучших трейсеров в городе – так они себя называют. Его последний трюк – взбежать по стене здания на балкон второго этажа, а потом соскочить обратно на асфальт. В последнюю секунду я отвела взгляд – почувствовала, что хорошо приземлиться ему не суждено. Когда я посмотрела, он лежал на животе и не шевелился. Врачи в больнице сказали мне, что у него компрессионная травма пятого и шестого позвонков и он парализован ниже плеч.
У Рэд ком подкатил к горлу.
– Его парализовало?
Джеки пожала плечами.
