Я ел жадно, не притворяясь, не играя в приличия. Каждый кусок отдавался в голове как маленькая вспышка вкусового наслаждения. А напиток… да, он был странным — чуть горький, чуть газированный, с послевкусием какого-то травяного настоя. Но всё это было до невозможности реально. Ощущения, вкус, запах — всё.
Когда я наконец доел и отставил тарелку, пришло отчётливое, почти домашнее чувство насыщения. Приятная тяжесть под рёбрами, лёгкая лень в конечностях, сонная волна, накатывающая на разум. Я откинулся на спинку стула, чувствуя, как всё тело словно выдохнуло. Это было похоже на поздний завтрак в выходной день, когда ты знаешь — впереди ещё весь день, но спешить совсем не хочется.
Сейчас мне было абсолютно всё равно, сколько прошло времени, где я и кто я теперь. Мне просто было хорошо.
Прямо перед моими глазами всплыл полупрозрачный текст — системное сообщение о каких-то начавшихся «дополнительных бонусах». Я мельком пробежал взглядом, но читать не стал. Сейчас мне это было ни к чему. Если верить Эльке, то после еды баф держится местные сутки. Так что пусть висит — потом, на свежую голову, разберусь, что он даёт.
Элька тем временем неспешно доедала свой тортик, отламывая его маленькими, почти церемониальными кусочками. Она закрывала глаза и мурлыкала что-то себе под нос, явно наслаждаясь каждым моментом. Смотрелось это почти по-кошачьи — в том смысле, как коты смакуют еду, будто весь мир перестал существовать, кроме них и того, что у них в миске.
Похоже, еда здесь действительно была не просто условной геймплейной механикой, а настоящим процессом, с реальными вкусами, ароматами и телесными ощущениями. Наверное, именно поэтому заведение и было полным — вокруг всё гудело, кто-то смеялся, кто-то спорил, а кто-то сидел в тишине, с видом полного удовлетворения.
— Всё понравилось? — раздался знакомый голос. Я поднял взгляд — рядом снова стояла та же гномка-официантка. Появилась почти бесшумно, как будто вынырнула из воздуха.
Я просто кивнул, не в силах вынырнуть из своего блаженного состояния. Элька тоже не отрывалась от последнего кусочка чизкейка, не желая прерывать свой маленький гастрономический ритуал.
— Вот счёт, — сказала гномка и положила крохотный светящийся кристалл в центр стола. — Заходите к нам почаще. Этот столик будет звать вас.
Она подмигнула — широко и весело, по-гномьи — и скрылась в потоке между столиками, лавируя между шумными посетителями с ловкостью, достойной отдельной награды.
Счёт.
Я уставился на него и только сейчас сообразил: платить-то, наверное, надо…, а чем? У меня же нет ничего. Только руки, да и те — пустые. Вот балда. Из эйфории, навеянной едой и всей этой барной атмосферой, меня начало по чуть-чуть выталкивать обратно в реальность. Игровую, конечно. Но всё же реальность. И теперь нужно было срочно включать мозги и соображать, как тут вообще всё работает.
Я опустил взгляд на светящийся кристалл и почувствовал себя полным идиотом. Сижу, уставился — и лихорадочно пытаюсь вспомнить, есть ли у меня вообще какие-то ресурсы. Камни? Вроде что-то подкинули после прохождения штрафной зоны. Странные кристаллы, без описания — просто валяются в инвентаре. Может, хоть они чего-то стоят? А вдруг, если вставить один в эту штуку, она засчитает плату?
— Я заплачу, — спокойно сказала Элька, как будто это и не подлежало обсуждению. — Будешь должен, — добавила с той самой своей лёгкой улыбкой. И снова что-то дрогнуло внутри — от её тона, в котором неожиданно слышалась не насмешка, а почти забота.
Я потупил взгляд. Почему-то стало стыдно. Будто я что-то натворил. Её слова прозвучали так буднично — но ведь не должен же за меня платить кто-то, тем более… девушка. Та самая, что мне уже начала нравиться. Проклятье. Словно я — школьник без карманных денег, а она — старшеклассница, угостившая меня булочкой в столовке.
— Я обязательно верну, — буркнул я почти шёпотом.
— Вернёшь, куда ты денешься, — усмехнулась Элька, дернув плечом. — Тут без денег никуда. Или в циклы — за наградами, или к Куратору, если повезёт. А если нет — то местные подкинут подработку. Только… такое. Мусор убирать, воду носить. Платят так себе — разве что на обед и наскребёшь.
Она резко вздохнула и отвела взгляд к мутному стеклу. За окном был ясный день, но из-за затуманенного стекла всё казалось приглушённым, будто покрытым лёгкой дымкой. В её голосе внезапно появилась грусть.
— Ещё немного, и я всерьёз начну думать о том, чтобы разбирать лук. Представляешь? А тренироваться-то негде. Что за сектор такой… эх.
Мне вдруг очень захотелось её утешить. Почти машинально. Как-то… по-человечески. Но что сказать? Я лишь поводил взглядом по своей опустевшей тарелке, надеясь, что нужные слова сами придут. Не пришли.
— Да не грусти ты, — она снова повернулась ко мне, на сей раз с лёгкой, но искренней улыбкой. — Деньги у меня есть. Тратиться особо некуда, вот и оставляю их здесь… Магазин тут, конечно, есть…, но цены такие, что никакого цикла не хватит. Хоть бы одно зелье купить — уже праздник. Вот и балуемся только тут. В «Трапезной».
