Фрекен Жюли полностью

Доктор. Хотите, я его дождусь? Чтоб усыпить подозрения, я мог бы сказать, что навещал вашу матушку, что она нездорова.

Лаура. Да, прекрасно! Вы уж не бросайте нас, господин доктор. Если б вы только знали, как я исстрадалась! Но не разумней ли прямо сказать ему, что вы думаете о его положении?

Доктор. Душевнобольным никогда этого не объявляют, разве что сами они заведут такой разговор, да и то не всегда. Лучше подождем, посмотрим, какой оборот примет дело. Только не надо нам здесь сидеть. Пойду-ка я лучше в соседнюю комнату, чтоб все выглядело натуральней.

Лаура. Да, пожалуй, а здесь оставим Маргрет. Она всегда не спит, его дожидаясь, и она одна умеет справиться с ним. (Идет к двери налево. ) Маргрет! Маргрет!

Кормилица. Что угодно госпоже? Хозяин вернулся?

Лаура. Нет. Ты посиди тут, дождись его. А когда он придет, скажи, что матушка заболела и у нее доктор.

Кормилица. Ладно, ладно. Посижу, покуда все не обойдется.

Лаура (открывает дверь в глубине сцены). Пожалуйте сюда, господин доктор!

Доктор. К вашим услугам, сударыня.

Кормилица и Берта.

Кормилица (сидя за столом, берет в руки псалтырь, надевает очки).

Да! да! да! (Читает вполголоса.)

Берта (входит с подносом, на котором стоит кофейник, и с вышиваньем; почти шепчет). Маргрет, можно, я с тобой посижу? Там так страшно!

Кормилица. Господи! Ты еще не спишь?

Берта. Я папе подарок к Рождеству вышиваю. А это я тебе вкусненького принесла.

Кормилица. Миленькая ты моя, разве так можно?.. Тебе же вставать рано. А время-то уже первый час ночи.

Берта. Ну и что же. Не могу я там одна. Мне разное чудится.

Кормилица. Надо же. А я что говорила? Помяни мое слово – дурной это дом. И что же чудилось тебе?

Берта. Будто на чердаке поет кто-то.

Кормилица. На чердаке? В эдакую пору?

Берта. Песня грустная-грустная, я такой и не слышала никогда. И неслась как будто из закоулка на чердаке, слева, знаешь, где колыбелька стоит?

Кормилица. Ой-ой-ой! И погодка-то нынче! Ей-богу, трубы того гляди лопнут. «Что нам жизнь – одна печаль, расставаться с нею жаль, жаль покинуть белый свет, хотя здесь веселья нет». Да, дочка, вот уж послал Господь праздничек.

Берта. Маргрет, неужели папа вправду болен?

Маргарет. Болен, конечно.

Берта. Значит, мы Рождество не будем праздновать. Но отчего же он в постели не лежит, если болен?

Кормилица. Да, дочка, такая уж болезнь у него. Ш-ш! Кто-то пришел. Иди-ка к себе, да кофейник не забудь, не то отец рассердится.

Берта (уходит и уносит поднос). Покойной ночи, Маргрет!

Кормилица. Покойной ночи, детка. Господь с тобой!

Кормилица. Ротмистр.

Ротмистр (снимает пальто). Ты не спишь? Иди скорее, ляг спать!

Кормилица. Да я только дождаться хотела…

Ротмистр зажигает свечу, открывает бюро, садится к нему, вынимает из кармана письма и газеты.

Адольф!

Ротмистр. Ну, что ты?

Кормилица. Старая госпожа заболела. К ней доктор пришел!

Ротмистр. Это опасно?

Кормилица. Нет, авось обойдется. Простыла она.

Ротмистр (встает). Кто был отец твоего ребенка, Маргрет?

Кормилица. Да я тебе сто раз говорила – Юхансон, подлец.

Ротмистр. Ты уверена, что это он?

Кормилица. Ты словно дитя малое. Ясно, я уверена, больше у меня и не было никого.

Ротмистр. А он-то был уверен, что больше никого не было? Он не мог быть уверен, а ты могла. В том-то вся и разница.

Кормилица. Никакой не вижу разницы.

Ротмистр. Ты не видишь, а разница все-таки есть! (Листает альбом с фотографиями.) Как по-твоему, похожа на меня Берта? (Разглядывает какую-то фотографию.)

Кормилица. Вся в тебя, как вылитая!

Ротмистр. А твой Юхансон признавал себя отцом?

Кормилица. Заставили, так и признал.

Ротмистр. Это чудовищно! Но вот и доктор!

Ротмистр, кормилица, доктор.

Ротмистр. Добрый вечер, доктор. Что с тещей?

Доктор. О, ничего страшного. Слегка левую ногу подвернула.

Ротмистр. А Маргрет, кажется, сказала – простуда. Некоторые разногласия. Иди, Маргрет, ложись!

Кормилица уходит. Пауза.

Ротмистр. Сядьте, доктор, будьте добры.

Доктор (садится). Благодарствую.

Ротмистр. Верно ли, что от скрещения кобылы и зебры родятся полосатые жеребята?

Доктор (ошеломленно). Совершенно верно!

Ротмистр. А верно ли, что если продолжать породу уже с помощью жеребца, потомство будет все равно полосатое?

Доктор. Да, и это верно.