Фрекен Жюли полностью

Герда. Он говорил мне, что ему необходимо поскорее бежать отсюда, от этого неприятного соседства, и я потом приеду к нему… А ребенка он держит при себе, как заложницу; он хочет потом определить ее в балет; к этому у нее есть и способности и даже некоторая склонность…

Брат. В балет? Ради бога, не говори об этом отцу, он презирает подмостки!

Герда (садится к столу и машинально расставляет на доске шахматные фигуры). Подмостки?.. Я сама была на подмостках…

Брат. Ты?

Герда. Да. Я ему аккомпанировала.

Брат. Бедная Герда!

Герда. Почему? Я сама любила эту жизнь. Когда я здесь сидела взаперти, не мой тюремщик, а сама моя тюрьма была виною того, что я не выдержала…

Брат. И теперь с тебя довольно?

Герда. Да, теперь я люблю покой и одиночество… но больше всего своего ребенка!

Брат. Тише!.. Он идет сюда…

Герда (встает и хочет бежать, потом снова падает без сил на прежнее место). Ах!..

Брат. Ну, теперь я уйду и оставлю вас одних! Не думай о том, что ты ему скажешь, – это придет само собой, как следующий ход, когда играешь в шахматы.

Герда. Я больше всего боюсь его первого взгляда, потому что по нему я узнаю, изменилась ли я за эти пять лет к лучшему или к худшему… не стала ли я теперь совсем старой и некрасивой…

Брат (идет к правой двери). Если он найдет, что ты постарела и подурнела, то он решится подойти к тебе… Но если он увидит, что ты по-прежнему хороша и молода, у него не будет никаких надежд, и он будет к тебе неумолим… Вот он!

Г-н X. медленно выходит из левой двери и идет через комнату в буфет. В руках у него письмо. Видно, как он проходит через переднюю и выходит в наружную дверь.

Брат. Он понес письмо в почтовый ящик.

Герда. Нет, я этого не вынесу! Как я могу просить у него помощи?! Я должна бежать отсюда! Это было бы наглостью с моей стороны!

Брат. Нет, нет, останься! Ты знаешь, как он бесконечно добр и отзывчив! Он поможет тебе ради ребенка…

Герда. Нет, нет, не надо…

Брат. Только он один может тебе помочь…

Г-н X. (входит из прихожей, ласково кивает Герде, принимая ее, очевидно по близорукости, за Луизу, подходит к телефону и звонит. В то время, как он проходит мимо Герды, мимоходом говорит). Ты уже готова?.. Прекрасно, дитя мое… Луиза, поставь снова все фигуры, мы с тобой начнем игру сначала…

Герда смотрит с удивлением на него, ничего не понимая.

Г-н X. (поворачивается к ней спиной и говорит по телефону). Алло! Алло! Это ты, мама?.. Добрый вечер… Благодарю, хорошо! Да… Луиза уже сидит за шахматами, но у нее сегодня было много работы, и она устала… Нет, слава богу все это прошло и дело кончено… Нет, сущие пустяки… Тепло ли? – Да. У нас тут была сегодня гроза. Она разразилась как раз над нашими головами… но слава богу никуда не ударило… Что ты говоришь?.. Я не могу расслышать…

Ах, Фишеры! Да, да, они, вероятно, собираются в путешествие… Нет, почему же?.. Кажется, ничего особенного, насколько мне известно… Вот как? Ага… Да, пароход уходит в четверть седьмого… да, а приходит туда – постой, я сейчас посмотрю, – в восемь двадцать пять… И вам всем было весело?.. (Смеется.) Да, да, он такой забавный, когда веселится… А что сказала на это Мария?.. Как нам жилось летом? Мы с Луизой развлекали друг друга, как могли… Да, она всегда в хорошем настроении… Она очень мила!.. Нет, нет, благодарю… от этого я отказываюсь.

Герда что-то поняла. Встает, возмущенная.

Г-н X. Как мои глаза? Я стал совсем близоруким… Нет, ничего; я тоже говорю, как жена нашего кондитера: смотреть не на что. Иной раз даже хочется быть и глухим, чтобы ничего не видеть и не слышать. Квартиранты в верхней квартире опять ужасно стучали и шумели всю ночь… Да, какой-то игорный притон… Ну вот… разъединили зачем-то, вероятно, хотели подслушать разговор… (Звонит в телефон.)

Луиза выходит из прихожей, но г-н X. ее не видит. Герда смотрит на нее с удивлением и ненавистью. Луиза снова незаметно уходит.

Г-н X. (у телефона). Это ты, мама? Да, да. Они вечно прерывают разговор, чтобы подслушать… Значит, завтра в четверть седьмого… Обязательно… Благодарю… Конечно, конечно, с большим удовольствием! До свидания, мама! (Дает отбой.)

Герда стоит одна среди комнаты.

Г-н X. (оборачивается, видит Герду и постепенно начинает ее узнавать). Боже мой! Значит, это была ты, а не Луиза?

Герда молчит.

Г-н X. (устало). Как ты попала сюда?

Герда. Прости… Я здесь проездом… и вот… и вот, когда я проходила мимо, меня потянуло взглянуть на свой прежний дом… окна были открыты…

Пауза.

Г-н X. Как, по-твоему, здесь многое переменилось?

Герда. Нет, все на старых местах… только здесь поселилось еще что-то новое…