– Расслабься, дыши глубоко. Лазер все исцелит. А затем выпьешь сыворотки и от боли останется одно воспоминание.
Врач говорил спокойным голосом, который внушал доверие, так что Ви последовала его инструкциям и замерла в тот момент, когда тусклый синий свет полился из дула прибора прямиком на пальцы. Сначала она ощутила жжение на коже, но спустя пару секунд оно сменилось обволакивающим теплом, будто на пальцы лили теплую воду. Рука Огула слабо дрожала, но голубоватый свет не смещался. Он взглянул в напряженное лицо Ви, и уголки его рта приподнялись:
– Знаешь, за счет чего работает этот лазер?
Старик был словоохотлив в отличие от Вивиан, которую подобные вопросы ранее никогда не заботили. Девушка равнодушно пожала плечами.
– Эти удивительные исцеляющие кристаллы, на которых работает прибор, импортируют к нам из Саландора. Слышала об этой планете?
– Слышала.
Вивиан не хотелось огорчать ученого старика своим небрежным отношением к экваториальной географии. Он все равно не отстал бы от нее, даже если бы девушка и дальше продолжала угрюмо молчать или честно сказала, что просторы Галактических континентов[11] и торговые отношения между ними ее совершенно не интересуют.
– Туманная планета – главный экспортер этих замечательных кристаллов, благодаря которым и функционирует их уникальная цивилизация.
От Ви не скрылась нараставшая усталость Огула, радостный запал его невнятной речи угасал, а прибор начал трястись.
– Еще буквально минутку, – бодро сообщил медик, теперь поддерживая свою слабеющую руку второй рукой, чтобы лазер не смещался.
Вивиан сконцентрировалась на том, чтобы самой не шевелить рукой.
– На самом деле это военный образец, – принялся объяснять старик, – рассчитан на то, чтобы на поле боя быстро подлатать себе раны и переломы, для клинических операций он абсолютно непригоден. Но мы его все же приспособили.
Доктор дружелюбно подмигнул пациентке, но Виви уже задумалась о другом:
– А для бластеров используются те же кристаллы?
Старик сразу нахмурился, сделав вид, что сосредоточенно пытается что-то вспомнить. Ви подметила, что эта скользкая тема не вызывает у него энтузиазма.
– Сдается мне, что те же, – с легким осуждением пробурчал док, – вот только саландорцы понятия не имеют, в каких «миротворческих» миссиях порой участвуют их кристаллы.
Ви сдержала порыв закатить глаза. Ей слабо верилось, что эти саландорцы, о которых столь благоговейно говорил старик, такие уж святоши, находящиеся в полном неведении.
Голубовато-синий свет лазера ослаб, а через секунду и вовсе потух. Врач закрыл источник света специальной крышкой, а следом за этим расширенные окулярами глаза принялись внимательно изучать пальцы пациентки, с которых уже спадал болезненный отек. Однако процедура еще не была доведена до логического завершения. Огул подвинул к Вивиан три пузырька с сыворотками и стал разъяснять:
– Выпей полностью золотистую, половину оранжевой и затем лишь капельку белой! Сломанные кости не устоят против такой ударной дозы и вмиг заживут!
Полубезумный взгляд и страстный голос доктора настораживали, но Ви надеялась, что травить или ставить на ней эксперименты было вроде как рановато. Для проформы она бросила взгляд в сторону выхода, где все так же высокой статной колонной возвышалась Крата, на этот раз разглядывавшая потолок. Наконец, настроившись, Вивиан взялась за сыворотку золотистого цвета и осушила бутылек, на языке тут же возник неприятный солоноватый привкус. Через пару секунд Вивиан простонала и согнулась пополам в приступе адской боли, пальцы захрустели, будто что-то давило на них изнутри, а Огул ободряюще похлопал ее по спине:
– Нельзя затягивать, надо сразу пить вторую микстуру. Давай, пей!
Старческие руки поднесли ей оранжевый бутылек, содержимое которого было чересчур сладким и оседало прямо на деснах. Ви здоровой рукой ухватилась за пальцы, которые продолжали неприятно ныть и подрагивать. Но через мгновение стало легче дышать и болезненная агония отступила.
– Теперь капельку белого, и все хорошо! – чрезмерно радостно заверил медик, впихнув в здоровую руку Ви белоснежный бутылек.
Девушка капнула себе на язык, проглотила и… ничего не почувствовала. На этот раз обошлось без сверлящей боли и невидимых тисков, сдавливавших ее пальцы. Пару минут она боялась шевелиться, ожидая реакции организма, но затем услышала ободряющий голос доктора:
– А теперь попробуй пошевелить ими! – видя неуверенность и сомнения на лице «первички», он заговорил решительнее: – Не бойся, пальцы зажили! Проверь сама, убедись. Боли не будет.
Вивиан подвигала пальцами и с удивлением обнаружила, что курс действительно чертовски эффективен. Пальцы были целы и даже не отдавали глухой болью. Огул самодовольно улыбнулся, радуясь выздоровлению пациента, как в самый первый раз.
– Закрепим результат, – провозгласил он, доставая из ящика стола короткие белоснежные пластыри на специальных гелевых подушечках.