Даже у Вивиан сердце билось чаще. Гирон же, вопреки творившемуся на небе красочному шоу из подлетавших огней, напряженно смотрел на столпотворение. Ви с запозданием вспомнила, что они условились встретиться с мисс Гахт в начале Пришествия, но ее все еще не было. Она тоже всмотрелась в скопление масс, но тут же об этом пожалела. Среди двух путников-хвахиров ей померещился сине-белый плащ второго класса. Это вызвало болезненные воспоминания, заставляя девушку напрячься, ее накрыла паника.
Чтобы отвлечься и успокоиться, «первичка» взглянула на крыши небоскребов и увидела, как первое «яйцо» уже приземлялось. Дроны окружили его, транслируя на экраны изображение гаснувшего аппарата, чье покрытие приобрело глянцево-черный оттенок. Компьютерный голос из встроенных на экранах колонок провозгласил на весь Кеотхон:
– Достопочтенная госпожа Крес'Цидия-Ап Лугулаунеза.
Дверца аппарата с дымом и шипящим звуком отъехала наверх, являя миру приход первого представителя Верховного класса планеты. Ее силуэт был охвачен ореолом приглушенного сияния. Толпа в едином порыве исступленно вздохнула.
Высотой почти в три метра, фигура словно не имела углов и не поддавалась геометрическим представлениям. Кожа ее сверкала из-под перламутровой обтягивающей тело экзокожи с серебристым преломлением, блеск которой выделял ее на черном фоне бездонного горизонта. На плечи госпожи была накинута алая мантия с пылевидными включениями золотистого оттенка. Она соединялась в области ключиц брошью в форме прозрачной капли, в которой плавали мелкие частицы, в зависимости от падавшего освещения переливавшиеся то красным, то желтым цветом. Прямые пряди невероятной длины были убраны на затылке тонкими перламутровыми цепочками с нанизанными на них пурпурными бусинами, с равномерной частотой украшавшими ослепительный аллохроматический окрас струившихся волос. Спектр поглощения и отражения света разрисовал ее локоны в глазах присутствующих в бесподобный перелив от розоватого до ярко-красного. На определенных участках, ближе или дальше от корней, оттенок терял интенсивность и насыщенность, становясь дымчато-розовым, а в иных ракурсах поражал своей яркостью и глубиной цвета человеческой крови. Лоб девы украшала фероньерка – золотистый обруч со свисавшей монетой из мерцающего ярко-желтого камня, будто бы ласкаемого языками алого пламени. Чуть выше бровей на светившейся голубизной коже дугообразно мерцали темно-синие знаки в форме икосаэдра, три по обе стороны от монеты, заключенные в рамку двумя блестящими лилово-пурпурными полукругами, располагавшимися ближе к вискам.
Вивиан, не отдавая себе отчета, сильно сжала локоть своего напарника. Ей вспомнились поразительные глаза Глоуроусаудерса, и в момент явления представительницы того же вида Вивиан ощутила, как колени ее предательски дрожат и подгибаются, стоило только вообразить, какими могли быть нечеловеческими глаза этого сверхразумного существа.
Создание, заставившее смолкнуть несколько близлежащих кварталов, подняло идеально ровные руки с длинными пальцами и, ладонями вовнутрь, вертикально сложило их крестом на груди, чуть сгибаясь в коленях. Толпа пришла в благоговение от первого традиционного приветствия Сотни, подаренного жителям и гостям Кеотхона.
Дроны удалились к соседнему зданию, на крыше которого возвышался аналогичный аппарат, уже отворивший герметичную дверцу. Взгляды взбудораженной толпы перенеслись на экраны, звуковые колонки которого величественно оповестили:
– Достопочтенный господин Эл'Росиус-Мунк Бахаринаш.
Тело в перламутровой экзокоже украшал обсидианово-черный пектораль – нагрудное воротниковое украшение, прикрывавшее горло, шею и грудную зону. На широком ожерелье-воротнике тонкой гравировкой были расписаны знаменитые пейзажи Тенцоквиума, а края его заканчивались фигурами-символами, напоминавшими очертание родного материка. Мантия господина была темно-серой и по структуре ткани напоминала графитовый порошок, сыпавшийся вниз с его могучих плеч. Кожа андрогина мерцала платиновой чернотой, будто поглощая звездный свет Дагата и излучая его в ответ с двойной силой. Объемные и густые волнообразные молочно-кремовые волосы резко контрастировали с оттенком кожи и украшений, выделяясь блистательной белизной кончиков так, что очертания каждого были четко видны на плечах. Его тонкую переносицу украшал узор в виде позолоченной стрелы, которая заканчивалась между бровями наконечником из трех шипов, направленных в разные стороны. Иссиня-черные щеки рассекали три диагональные золотистые полосы, заключенные в косую трапецию. Второй заявленный представитель Элиты повторил культовое приветствие и удалился во тьме так плавно и изящно, что камеры даже не сумели зафиксировать его шаги.
Меж тем подлетели следующие корабли, но Вивиан пришлось отвлечь от них свое внимание, ведь Гирон резко подался вперед.
– Я думал, что фавориты Гонок не умеют опаздывать, – язвительно произнес лидер.
– И я соскучилась, – заливисто рассмеявшись, из тьмы донесся низкий женский голос, который Вивиан едва не спутала с мужским.