Но помимо изучения этих эпизодов мы можем получить более жизненный и справедливый портрет Генриха III, отличный от общепринятого в традиционной историографии, рассмотреть личность короля, опираясь на неопровержимые документы.
Генрих III был высокого роста, с длинными и изящными ногами, неширокими плечами, слабо развитой грудной клеткой. Генрих, в отличие от своего деда Франциска I, не создавал впечатления силы и стати, наоборот, от него оставалось ощущение элегантности и изящества. Он не был создан для физических упражнений и жизни на свежем воздухе, хотя он не отказывался от охоты и прекрасно ездил верхом. Внешне он производил впечатление думающего человека. В этом, подобно Карлу V, он отличался от всех королей Франции. Так же, как и остальные части тела, его голова была удлиненной формы с овальным лицом, прямым носом, менее мясистым, чем у его матери, темными глазами, правильным ртом с довольно тонкими губами, тонкой и едва заметной ниточкой усов над верхней губой и темным пятном под нижней, которое на последних портретах Генриха будет усиливать задумчивое выражение его лица.
От него веяло изысканностью и благородством. Прекрасный карандашный рисунок Жана Декура, датируемый той эпохой, и чудесный медальон Жермена Пилона, созданный в 1575 году, дают точное представление о внешнем виде Генриха III. Один итальянец из свиты посла папы воскликнул, увидев Генриха в Венеции: «Его Величество скорее сухощав и очень высокого роста, у него голова больше испанца, нежели француза, и бледная кожа». Об этом же свидетельствует портрет Генриха III, написанный Тенгоре и находящийся сегодня во дворце дожей. Высокий рост король получил в наследство от отца. В 1577 году венецианец Липпомано писал, что король был «скорее высокого роста, нежели среднего, сложения скорее худощавого, нежели пропорционального. У него длинная фигура, нижняя губа и подбородок немного тяжеловаты, как и у его матери, у него красивые и мягкие глаза, широкий лоб, наконец, весь он очень изящен, у него благородная и грациозная осанка». От Брантома мы знаем, что его руки были такие же красивые, как у его матери.
В 1581–1582 годах король быстро постарел из-за слабости здоровья и одолевавших его неприятностей. 19 октября 1582 года венецианец Приули писал, что король «неважно выглядит после путешествия в Лион. Мне кажется, что он похудел и побледнел». Через четыре года Савуайяр де Лисенж, известный враг короля Франции, писал в том же духе герцогу Шарлю-Эммануэлю: «Королю 36 лет или около того, но, то ли из-за своей комплекции, то ли из-за переживаний и затруднений в делах… он преждевременно и почти полностью поседел, так что кажется гораздо старше своего возраста».
У Генриха очень рано появилась седина. В апреле 1583 года тосканец Бузини отмечает, что он отпустил бороду. На подбородке и большей части щек она совершенно белая, как и волосы. 7 января 1583 года венецианцы заметили, что во время церемонии ордена Сен-Эспри (Святого Духа) «принимая причастие, король слегка приподнял шляпу, чего он никогда не делал при других обстоятельствах, так как из-за недомогания у него побрита почти вся голова». 23 июля 1584 года тосканец Бузини свидетельствует, что он «очень бледен и худ, потому что у него часто болят уши и голова». Этим объясняется то, что Генрих III носил на своем почти лысом черепе, практически не снимая, шляпу в форме берета, которая еще больше удлиняла его голову и которую можно видеть на всех его портретах.
К концу своего правления Генрих III имел более внушительный вид, нежели в молодости, но по-прежнему оставался изысканным и импозантным. Шеверни, один из его самых преданных слуг, так говорит о нем в своих «Мемуарах»: «Этот принц обладал величественной осанкой и высоким ростом, достоинством и степенностью, соответствующими его величию… мягким и приятным слогом… никого не ругал и не унижал словом».
