Проследовав через Амбуаз, 5 декабря путешественники вошли в Блуа. А 14 декабря отбыли оттуда в направлении Мулен по Солони и Берри. 21 декабря они остановились на одну ночь в Сен-Мену, красивом аббатстве бенедиктинок. Церковь аббатства еще хранит каменный саркофаг святого Мену. Местное население называет его (саркофаг) Брединуарием, так как бреденцы (или сумасшедшие) искали там излечения. Затем двор проследовал в Сувиньи. Там в местной церкви находились захоронения принцев дома Бурбонов, а также могила святого Майеля, друга их родоначальника Гуго Каиета. Незадолго до прихода нового 1 565 года двор прибыл в Мулен и расположился в обширном замке герцогов Бурбонов. Его размеры подходили для заседаний, на которые королева решила созвать принцев и правителей независимых дворов, чтобы с ними обсудить и решить все самые серьезные текущие дела. На три месяца, с декабря 1565 года по март 1566 года, Мулен стал временной столицей королевства. Таким же образом, как при Карле VII в Бурже или в Виши в 1940–1944 годах, правительство государства обосновалось в самом центре страны в надежде увидеть, как стихает буря и рассеиваются облака тревог.
Во время столь долгого пребывания в Мулене королева-мать и канцлер хотели положить конец ссоре, возникшей между домами Гизов и Шатийон со смертью де Гиза Великого, убитого Полтро де Мере. Маршалу де Бурдийону была доверена миссия организовать встречу уважаемых глав обоих домов, коннетабля и кардинала Лотарингского. 12 января перед Советом предстал Колиньи. 24 государственных советника рассматривали вопрос виновности адмирала в смерти Франсуа де Гиза. Несмотря на то, что первый Президент Парламента Парижа отказался оправдать адмирала, 19 голосов высказались за его невиновность. Жак де Савой, герцог Немур, предпочел объявить себя некомпетентным, так как его пристрастие к Гизам было очевидным. Кардинал де Бурбон и герцог де Монпансье, возглавляющие католиков Бурбонов, также попросили короля избавить их от участия в обсуждении виновности Колиньи. 29 января был опубликован указ, согласно которому последний объявлялся освобожденным от любых претензий но делу о смерти герцога де Гиза. Кардинал Лотарингский не противоречил королевскому решению, но не принял его. Вдова Франсуа де Гиза, Анна д'Эст, тоже смирилась и сказала, что ее волнует лишь одно — чтобы его родственники не покинули ее. Если решение Совета установило хрупкое перемирие между двумя враждующими фамилиями, то Варфоломеевская ночь сведет на нет все приложенные усилия.
Урегулировав отношения домов Шатийон и Гизов, под руководством Монсеньора два первых месяца 1566 года ассамблея изучала все, касающееся судопроизводства и общей политики королевства. Благодаря деятельности ассамблеи, под руководством канцлера был подготовлен указ в феврале 1566 года, называемый Муленским. В его 86 статьях рассматриваются все стороны правления. В нем очевидно просматривается стремление укрепить королевскую власть и раздвинуть ее границы. Парламентам запрещалось предъявлять замечания к королевскому акту, если монарх, выслушав первых, приказывал им повиноваться. Города сохраняли уголовное судопроизводство, но полностью теряли судопроизводство гражданское, что являлось
