Они немножко поговорили, поупражнялись, затем Оскар прочитал слова, которые были написаны, и стал указывать, кому когда играть. Пьеса получилась забавная, это было почти так же, как тогда, когда Гюро и Сократ дурачились и играли не по нотам, но всё равно вышло хорошо, потому что инструменты звучали очень красиво.
– Очень весело пошло! – сказал Оскар. – Приятно было послушать, Просто отрада для слуха!
– Отрада! – подхватил Эдвард. – Так и назовём наш оркестр: тириллтопенский отрадофонический оркестр, а проще – оркестр «Отрада».
– Правильно, есть же оркестр симфонический, – сказала Тюлинька. – Но там всё очень серьёзно, без всяких там банок с горохом и прочего в этом роде.
– Первая пьеса, исполненная тириллтопенским отрадофоническим оркестром, записана на магнитофон, – объявил Оскар, – и через год, когда мы будем праздновать свой первый юбилей, мы снова сможем её прослушать. А теперь, Эдвард, пора, наверное, раздать ноты.
– Да, конечно. Мне дал на время целую кучу нот оркестр из одной городской школы. Вот очень хорошая вещь.
Он вручил ноты Оскару, и тот прочёл название:
– «The blue bells of Scotland». Как я понимаю, это значит «Синие колокольчики Шотландии», верно?
Эдвард, который стоял рядом с кипой нот в руках, вдруг изменился в лице.
– Не может быть! Ну как же так! Как же так! – воскликнул он.
– Что с тобой? – забеспокоился Оскар. – Или ты сочиняешь новую пьесу?
– Какие тут пьесы! Мы упустили одну вещь, я упустил. Надо же было об этом предупредить!
– О чём? О чём надо было предупредить?
– О пюпитрах для нот! – сказал Эдвард. – У нас нет пюпитров. Надо было, чтобы все принесли с собой по пюпитру. И в школе сейчас их не дадут. У них же как раз репетирует духовой оркестр.
– Это осложняет дело, – сказал Оскар. – Как же нам быть? Если разложить ноты перед собой на коленях, не очень-то поиграешь.
– Да уж! – согласился Эдвард.
Остальные переглянулись, и старичок с контрабасом сказал:
– Нет, так не получится.
И все остальные тоже подхватили:
– Нет. Не получится, не получится.
И только дедушка Андерсен не стал некать. Он сначала задумался, а потом сказал:
– Погодите. Я, кажется, знаю, что делать.
Он подошёл и внимательно осмотрел стены зала. С одной стороны там были окна, а с другой – голая стена, на которой не было ничего, кроме крючков и нескольких полок.
– Всё будет в порядке, – сказал дедушка Андерсен. – Только мне нужен помощник. Как ты, Лилле-Бьёрн, можешь мне помочь?
– Могу, конечно.
– Вы что, хотите смастерить деревянные пюпитры? – спросила Гюро. Она привыкла, что дома у них родители столярничают и всё мастерят сами.
– Нет, что ты, – сказал Андерсен. – Мы с Лилле-Бьёрном сейчас покажем вам одно изобретение. А вы пока что поиграйте.
И с этими словами они с Лилле-Бьёрном куда-то ушли.
Аллан встал и сказал:
– Марта, её мама, Трина, Фредерик и Эспен как раз разучили и приготовили пьесу. Они вместе играют квинтетом, и сейчас, наверное, не откажутся нам сыграть. Это полька.
Все пятеро поднялись и уселись рядом. Мама Марты раскраснелась. Как видно, она волновалась.
– Просто слов не хватает выразить, до чего вы хорошо играете! – сказал Оскар, когда они закончили. – Как же хорошо, что вы нашли время для нашего оркестра!
– Всё бы хорошо, но что мы будем делать дальше? – задумался Эдвард. – У изобретателей дела вряд ли быстро делаются.
Но тут он ошибался.
– А вот и Андерсен, – сказала Тюлинька.
Дедушка Андерсен принёс большущий моток бельевой веревки, а Лилле-Бьёрн целый мешок прищепок. Андерсен натянул веревку в несколько рядов от окна к противоположной стене.
– А теперь внимание! – сказал дедушка Андерсен. – Сядьте все по местам и подправьте веревку, чтобы она находилась на удобной высоте, а затем пришпильте ноты прищепками.
– Ну, я же говорил! – воскликнул Эдвард. – Вы самый необходимый человек в оркестре!
Ноты, точно флажки, рядами повисли на верёвочке.
– Ну, начали! – скомандовал Оскар. – Раз-два-три-четыре.
И тут вдруг рядом что-то как бабахнет!
– Нет! Нет! – воскликнул Оскар. – Что это было?
– Это бабушка заиграла на барабане, – сказала Гюро.
– Ну, знаете ли! – протянул Оскар. – Знаете, бабушка, вы уж, пожалуйста, подождите, когда я дам знак вступать!
– Это я так, просто хотела послушать, есть ли ещё голос у барабана, – виновато призналась бабушка, – я нечаянно.
– Эта пьеса вообще-то без барабана, – сказал Оскар. – Но так и быть, мы вас где-нибудь включим, и вы, кто у нас на ударных, тоже присоединяйтесь по моему знаку. Мы же играем для удовольствия. Ну, раз-два-три-четыре.
Со всех сторон неслось множество звуков, и Гюро еле слышала себя, оставалось только положиться на свои пальцы, что они не ошибутся и возьмут правильную ноту.
Они попробовали свои силы, сыграв ещё парочку пьес, и в заключение Оскар сказал:
– Ну вот. Инструменты между собой познакомились. А скоро и мы познакомимся друг с другом – ведь мы будем встречаться каждую неделю. Собираемся в следующую пятницу в то же время.
Когда они вышли из зала для хорового пения, во дворе их встретили Эрле и Бьёрн.
– Как жаль, что вы к нам не зашли! – сказала Тюлинька. – Что же вы нас не послушали!
