Туча быстро приближалась к пузырю, скрывающему Замок. С этим пузырём они хитро придумали, он и охранял, и прятал прозрачное строение. Выйти из него было можно — достаточно всего лишь достаточно долго идти без цели по снежной пустыне, и вот! — вы оказываетесь за пределами территории Замка, в аду, одинокие и беззащитные. Купол надёжно скроет то место, откуда вас принесло, следы зарастут, и обратно в Замок дороги не будет. Говоря откровенно, его можно было бы и не наделять скрывающими свойствами — пройти сквозь магический пузырь внутрь всё равно было невозможно — но демоны опасались, что толпа грешников вокруг купола, расплющивающая об него носы, видящая Замок, но не имеющая сил попасть туда, здорово напугает детей и вызовет массу нежелательных вопросов. Хотя с другой стороны такое доступное место для кормёжки очень порадовало бы чертей низшего порядка… И ещё больше перепугало бы детей, которые явно не поверили бы, что существа, пожирающие одних людей, приходятся друзьями другим.
Ключом же для возвращения обратно были именно Тучи. Обитатели ада подстраивали это место лишь под себя: в Замок легко было доставить свежеукраденных детей, вернуть заблудившихся, но только если с ними будет чёрт. Потерянных искали редко, гостей не водили никогда. Ни о чьих нуждах, кроме собственных, демоны не заботились.
Вскоре, однако, и у такого устройства купола обнаружился изъян: когда во время балов сфера была пронизана слизью Туч, внутрь можно было войти и из Реалии. Дело в том, что Замок на самом деле находился не в аду, он лежал между двумя мирами, соединяя их. Черти намеренно дали пузырю свойство открываться и в Реалию тоже: так можно было приносить детей сразу в Замок, минуя ад. Рогатого этот довод всегда забавлял. В аду было тоскливо даже его коренным жителям, они бродили бесцельно, упивались чужими муками при возможности или просто дрались, чтобы хоть немного разнообразить досуг. Демоны, впрочем, были не то слишком ленивы, не то довольно глупы, но не желали тратить ни единой лишней минуты на свои обязанности. От собственной лени они сотворили купол таким, каким он был. От их собственной недальновидности Замок стал доступен и для людей. Нелепо было полагать, что люди не заметят гигантскую чернильную полусферу где-то в Реалии или не станут её исследовать, сколь бы невысокого мнения чудища ни были об умственных способностях людей.
Но появившийся вскоре Отряд Спасения всё же не заставил чертей разорвать связь Замка с Реалией. Некоторые говорили, будто перестроить купол уже невозможно, другие утверждали, что лучше пусть кто-нибудь умирает, чем они будут таскаться с младенцами через весь ад. Но всем им было одинаково весело играть в войну с людьми, и отказываться от такого развлечения черти намерены не были.
Рогатый догадывался, впрочем, что даже откажись они от Туч, это ничего бы не изменило. Его братья и сёстры могли быть глупы или притворяться незнающими, но он понимал... Дело в восприимчивости, в открытости этому миру. В уязвимости, если угодно...
Они похищали детей, и конечно, люди не могли этого так просто оставить. Их любовь к собственным детям — вот, что открывало дорогу к Хрустальному Замку. Их вера в чудо, надежда на него, готовность забыть о себе, крайняя степень отчаяния... И вот Они могут прикоснуться к этим взрослым, всю жизнь выстраивавшим вокруг себя стену чёрствости. А взрослые взамен получали возможность отыскать Замок.
Получали возможность, но не право. Рогатый понимал их, даже в какой-то степени сопереживал им... Но он бы не выжил иначе.
Туча просочилась через волшебную стенку пузыря и поползла вширь, стремясь окутать Замок чернильной тьмой. Дети уже зажгли свет в тронном зале, и строение словно фонарь в ночи освещало чертям путь. Рогатый смотрел неотрывно на поднимающуюся к трону принцессу, на собирающихся в зале детей. Последние приготовления, и вот уже их готовы принять.
Рогатый стоял особняком и на своих собратьев даже мельком не поглядывал. Сам же он стал объектом всеобщего внимания, демоны за его спиной перешёптывались и обсуждали его в полный голос, гоготали и фыркали, но ответить им ударом копыта или кулака Рогатый сейчас не мог — перед балом все старались сохранить хоть сколько-нибудь приличный вид. Обычно, получалось не слишком хорошо: деформации всех видов, разодранная кожа и переломанные, криво сросшиеся кости с приличным видом не сочетались. Но свежевскрытый череп, вывернутые внутренности и ноги, которые совсем не переставляются, и вовсе могли повергнуть в шок. Поэтому на драки перед балом налагался прямой запрет, а его несоблюдение каралось изгнанием в снежную долину, кормиться падалью и грехами.
— Как думаешь, — громко запищал Пучеглазый, существо крайне мелкое, размером с трёхлетнего ребёнка, с оборванными прозрачными крыльями и вытаращенными глазами, — кого он выбрал?
