— Я сказал, — продолжал Рогатый, стараясь не отвлекаться на перебивающие его мысли Эс-тридцать, — что заберу тебя однажды в Замок. Насовсем. Но ты бы умерла — люди так устроены! А теперь, когда ты больше не совсем человек, эта преобразованная часть сознания останется…
Не дожидаясь, пока Эс-тридцать встанет, не получая её позволения, чёрт быстро — даже теперь Эс не смогла уловить его движения — переместился к кровати и поднял девушку на руки. Они были тёплыми и шершавыми и казались, несмотря на свою худобу, крепкими. Рогатый не шагнул со своей ношей в окно, где их ждала бы туча — его и Эс-тридцать окутал едкий и жирный чёрный туман. Когда спустя мгновение он рассеялся, Эс обнаружила, что они оказались в Снежной Пустыне. Рогатый осторожно опустил девушку на снег. Его ладонь оставил на её плече липкий влажный след.
Вообще сказать, Рогатый выглядел несколько озадаченным: он перенёс себя и свою новую сестру не совсем туда, куда собирался. Расстояние было пустяковым, но к промахам он всё-таки не привык — обычно, если чёрт и захватывал кого-то с собой, то это была его плата по контракту, совсем ещё маленькая — так что сейчас он имел все основания считать, что погрешность была вызвана именно Соль. Но винило чудовище справедливо себя. Рогатый помнил, как Эс брезговала притрагиваться к Туче и не стал её призывать — он легко подтолкнул свою спутницу в спину и пошёл вперёд. Орсолье пришлось следовать за ним.
— Как меня теперь будут называть? — окликнула она демона, надеясь, что он замедлится и даст ей возможность догнать. Рогатый и впрямь пошёл чуть медленнее. — Когда я стану выглядеть, как подобная тебе. Шестирукая? Многоглазая? Эс-тридцать Голубая Рука?
— Орсолья, — ответил чёрт, догадываясь, что девушка ещё долго может перебирать подходящие ей имена.
— Но почему? — удивилась она. — У других демонов имена им под стать…
— Потому что я так хочу, — озлобленно прошипело чудовище, отбив у Соль всякое желание спрашивать ещё о чём-нибудь.
Вскоре перед чертями выросли стеклянные стены и клонящееся к закату волшебное солнце, длинные тонкие витражи и маленькие фигурки обитателей Хрустального Замка.
Рогатый остановился и придержал Соль, намеревавшуюся идти дальше, за руку. Она пока не знала, но Рогатому было прекрасно известно, что на территорию Замка без Тучи не попасть — защитный купол не пропустил бы их.
— У меня для тебя есть подарок, — сказал чёрт неожиданно. Орсолья уставилась на него с непониманием и недоверием.
— В честь чего это?
Неужели он считает это её обращение торжественным событием и станет напоминать об этом Соль каждый год? И что за подарок? Обычно Рогатый дарил ей платья, но сейчас большую коробку прятать было некуда…
Монстр, слушая её невысказанные догадки, насмешливо скалился. Потом он протянул Орсолье руку, разжал пальцы, и вниз на длинной цепочке упал кулон. Формой и размером он напоминал жёлудь, но был прозрачным. Внутри плескалась какая-то неприятно живая чёрная слизь, она бросалась на стенки, устраивала бурю, но не могла вырваться — Орсолье не составило особого труда догадаться, что за мерзость Рогатый туда запихнул. Принимать подарок расхотелось, девушка поморщилась.
— Здесь немного магии, — пояснил чёрт, игнорируя недовольство Соль и надевая на неё кулон, — чтобы ты, неумеха брезгливая, могла войти в Замок. Хотя я не сомневаюсь, что с твоим талантом к созданию крайне избирательных защитных барьеров она тебе скоро не понадобится!
Орсолья расслышала в его заявлении издевательские нотки, но смолчала. Может, она и создаст тут защиту получше, да такую, что Рогатому всякий раз будет необходимо её разрешение на вход!
Пока же чёрт призвал Тучу и, создав врата, шагнул внутрь купола. Пока Орсолья гадала шагнуть ли за ним или воспользоваться жёлудем, Рогатый закрыл портал, чёрная слизь комочком уместилась в его костлявой ладони. Теперь таков был порядок: врата за собой полагалось закрывать — люди больше не могли ни отыскать Замок, ни войти в него, а демонам не понадобилось разрывать его связь с Реалией. Идея казалась прекрасной, и некоторые любили вопрошать, как это они раньше до неё не дошли, но Рогатый был уверен, что скоро чертям станет лень закрывать эти ходы, и всё вернётся к прежнему укладу. Пока же он всякий раз чинно отлеплял Тучу от защитной сферы.
Потоптавшись на месте в нерешительности, Орсолья всё же сделала шаг. Говоря откровенно, Рогатый и сам не был уверен, что запертая Туча сработает, но Соль прошла.
В Хрустальном Замке пели скрипки и маленький мальчик с пронзительным тенором. Дети переговаривались, гадали, что будет на десерт, кое-кто решительный приглашал демонов на танец — бал ещё только начинался, и замковые просто рады были видеть своих гостей. Вдруг кто-то выронил смычок. Огромные двери главного входа в тронный зал отворились: на пороге стояли Рогатый и босая девушка в простеньком хлопковом платье.
