Наконец все подарки были розданы. Никто не остался обиженным, даже три девушки, каждая из которых получила по украшению, и Фрезе, которому достался расписной горшок. Самой искренней была радость старого Тойпена. Он собирался повесить подаренное ему церемониальное оружие в своей комнате на втором этаже. Бернду достался барабан племени суахили, а Дитеру – что-то наподобие свистульки. Мальчики тут же убежали в парк и подняли там невыносимый шум, показывающий, что подарки в полной мере удовлетворили их жажду знаний.
Граф Брада остался в Верхнем Краатце на весь вечер. При первой же возможности он поймал оказавшегося в одиночестве Макса за рукав.
– Скажите же, наконец, Макс, что это за таинственная история? Я нашел и оторвал еще одну этикетку.
Макс остановился и взял графа за пуговицу аттилы.
– Земпер, вы человек слова, – сказал он серьезно.
Брада в недоумении посмотрел на собеседника.
– Да, Макс, а если кто в этом сомневается…
– В этом никто не сомневается. Вы умеете молчать?
– Если нужно – как могила.
– Тогда слушайте: я никогда не был в Африке!
Граф Брада дернулся так, будто его поразила молния.
– Что? Макс! Ничего себе! Никогда? Вовсе никогда?
– Вовсе никогда! Ни в этот раз, ни раньше!
– Боже ж ты мой, вот это история! Где же вы были все это время?
– В свадебном путешествии, Брада.
Маленький граф посмотрел на Макса так, будто усомнился в здравости его рассудка.
– Где? Прошу прощения, дорогой Тюбинген, верно, я не так вас понял. Вы в самом деле сказали: в свадебном путешествии?
– Именно это я и сказал. На Ривьере, в Италии, а потом в Париже.
Брада потер лоб.
– Не могу понять, сплю я или бодрствую. Вы же Макс фон Тюбинген, не так ли? Самое главное: чтобы отправиться в свадебное путешествие, нужно жениться. Это мне кажется очевидным.
– Совершенно верно, Брада.
– Так откуда же у вас, позвольте спросить, взялась жена?
– Этого я, к сожалению, пока что вам сказать не могу. Приходится держать все в тайне. Именно поэтому я хочу попросить вас об одном исключительном одолжении, дорогой Брада. Не могли бы вы приложить все усилия, чтобы поддержать иллюзию того, что я побывал в Африке? Мне и так до крайности сложно не обнаружить себя, поверьте.
– Разумеется, сердечный друг… Мне только нужно немного успокоиться, я все еще в полном смятении… Сердечный друг, вам стоит только приказать! Я с радостью помогу вам, вот только не знаю, что именно нужно делать. Не могу же я сказать, что встретился с вами на Виктория-Ньянза… А вот упомянуть, что вы неоднократно писали мне из Ухухуху, – это запросто. Если бы я только знал парочку африканских названий! Дорогой Макс, происходящее интересует меня колоссально. За вас я готов в огонь и в воду! Невероятно таинственная история. Такое мне по душе. Скажите же мне: чем именно я могу быть вам полезен?
Земпер пребывал в необычайном возбуждении. За все время однообразной гарнизонной службы с ним не случалось ничего настолько интересного. Макс тайно женат, вовсе не был в Африке, все, оказывается, не то, чем кажется, – это же волшебно! Он с нетерпением ждал ответа друга.
Но Макс охладил пыл маленького графа.
– Если мне понадобится ваша помощь, Земпер, я дам вам знать. Пока что от вас необходимы только молчание и такт. Больше ничего.
– Очень жаль. Я как раз в настроении совершить ради вас что-нибудь безумное, то есть не только ради вас, но и ради вас тоже…
Проходя мимо западного фасада особняка, он услышал, как его окликнули по имени. Подняв глаза, граф увидел Бенедикту, выглядывающую из окна своей комнаты.
– Я как раз сортирую видовые открытки, граф Земпер, – сказала она. – Хотите посмотреть мою коллекцию?
– Конечно же! – Брада помчался вверх по черной лестнице. Лишь когда он вошел в «песочницу», как Тюбинген окрестил покои девушек, Бенедикта сообразила, что, возможно, приглашать графа в ее общую с Трудой спальню было не лучшей идеей. К тому же дверь в кабинет Нелли была открытой. Но Бенедикта тут же отринула волнения. Брада был почти как еще один господский ребенок. Они даже обращались друг к другу по имени. Стало быть, мало чем отличались от брата с сестрой.
– Честь имею, – сказал маленький гусар, входя и наивно осматриваясь. – Так вот какая она – женская половина! Очень мило. Но вот пудреница на туалетном столике – такого коварства я не ожидал!
–
– Тогда другое дело. Отец фройляйн Труды аптекарь, соответственно, она может пользоваться химическими продуктами. Боже, что за непомерная ванна! Да туда целый эскадрон влезет!
– Но Нелли и ее недостаточно. Она заливает пол утром и вечером.
– В высшей мере уважаю подобную основательность. Здесь очень уютно. Могу ли я курить? В будуаре обычно допустим исключительно аромат духов.
– Духи имеются только у Труды. Видите, граф Земпер, мне до модной дамы еще далеко.
