На улицах ей было спокойней, чем у церкви. Лунный свет слепил окна домов и магазинов, похожих на плоские театральные декорации. Луна высасывала сущность из всего, чего касалась, и Диане со спутниками негде было от нее скрыться. Девушка заглядывала в окна домов, и ей казалось, что в них много лет уже никто не живет, мебель покрылась белой лунной пылью. Они были такими же мертвыми, как и тишина, наполнившая город. Тишина зловеще кралась за ней и мужчинами, передразнивая звуки их шагов. Может, в Мунвелле остались только они трое и лунная тварь? Что произошло с горожанами и последователями Манна? А как же дети? Диана ускорила шаг, Ник и Юстас поспешили за ней, чтобы не отстать. Впереди показалась площадь, залитая светом из отеля. В этот момент их окружили горожане.
Они набросились так быстро, что Диана не сразу узнала их самодовольные бледные лица. Кто-то заломил ей руки за спиной, и миссис Скрэгг вышла вперед.
– Так вот чего ждал Годвин, – фыркнула она. – Чтобы мы разобрались со всем дьявольским отродьем одним махом.
– Отпустите нас, а то пожалеете, – предупредил ее Ник, скрежеща зубами, а мясник резко дернул его заведенные назад руки. – Я смог добраться до телефона, и мой редактор знает, где мы находимся. В любую минуту сюда приедут репортеры и фотографы.
– Не трать силы на свою ложь. Мы давно вывели тебя на чистую воду, – рявкнул мясник ему в ухо. – В этот раз полицейский не помешает мне врезать тебе как следует. Что, привез с собой собак, на случай если тебя раскусят? Ничего, когда мы с тобой закончим, ты пожалеешь, что рядом нет твоих псин.
Из отеля послышалось безрадостное ликование. Оказывается, все горожане прятались там. Теперь они вывалили на площадь и наблюдали, как миссис Скрэгг ведет своих узников вперед. Когда они вышли на площадь, раздался крик и женщина пробралась через толпу навстречу им.
Джун Биван остановилась на краю площади и протянула к ним скрюченные когтистые руки.
– Кто из вас убил моего мужа? – ее шепот казался громче пронзительного крика.
– Миссис Биван, – обратился к ней Юстас, стараясь сохранять спокойствие. – Мне очень жаль, но он покончил жизнь самоубийством.
Ее зрачки расширились, и она набросилась на него, изуродованная своей ненавистью.
– Не смей очернять его имя! – закричала она. – Мой муж впустил Господа в свое сердце. Он ни за что не лишил бы себя жизни.
Миссис Скрэгг вмешалась и не дала Джун расцарапать лицо Юстаса.
– Не думаю, что мистер Гифт убил твоего мужа. Он способен на многое, но не на убийство. Скорее всего, он покрывает кого-то из этих двоих. Годвин вытянет из них правду. Совсем скоро преступник признается в своем злодеянии.
– И после этого мы оставим тебя наедине с убийцей твоего мужа на пару минут, – шепнул мясник Джун.
Миссис Скрэгг сделала вид, что не слышала этого, и пошла к отелю. Толпа расступилась, и пленников повели вслед за ней. Горожане больше не ликовали, но их молчание было не менее жестоким. Диана смотрела на их лица и видела, как они следят за ней, в их глазах отражался лунный свет. Они казались безжалостными, словно каменные истуканы, и жаждали ее страданий. Девушка с ужасом думала, что могло произойти, если бы она споткнулась или совершила неловкое движение. Но самое страшное было в том, что она всех их знала, а дети некоторых были ее бывшими учениками. Если бы она напомнила им об этом, они бы разорвали ее в клочья.
Диана отвернулась от толпы и посмотрела на отель. Свет из номера Манна был таким ослепительным, что сначала она подумала, что шторы на окне раздвинуты. Как сейчас выглядит тварь, скрывающаяся за ними? Что та хочет показать толпе? Если бы только она могла заставить это существо как-то выдать себя. Но что, если горожане уже не способны видеть? Мертвенный свет не вызвал у них никаких сомнений. Девушка с тревогой продолжала смотреть в окно, пытаясь разглядеть движение за шторами, когда конвоир заставил ее остановиться перед входом в отель. Она оказалась лицом к лицу с Джеральдиной и Джереми.
Их тоже взяли в плен. Она не видела следов физического насилия, но они выглядели подавленными, в их глазах не было ничего кроме лунного света. Супруги попытались что-то сказать Диане, но миссис Скрэгг не дала им этого сделать.
– Молчать! – крикнула она. – Не позволяйте им даже смотреть друг на друга. Кто знает, как они общаются между собой.
Их растащили по сторонам и заставили встать в шеренгу лицом к отелю.
– Пусть встанут на колени в знак уважения, – прогремела миссис Скрэг, и толпа загудела в знак согласия.
Диану и остальных насильно поставили на колени. Миссис Скрэгг вышагивала вдоль шеренги, словно перед учениками на школьном дворе. Потом она повернулась лицом к отелю и пронзительно закричала:
– Годвин! Мы привели к тебе всех безбожников, из-за которых зло в Мунвелле все еще живо. Хочешь услышать их исповедь?
