Она ждала ответа, уперев руки в бока и тяжело дыша. Но ответом ей было молчание. Лишь шторы колыхнулись на залитом сиянием окне. Или кто-то закричал где-то высоко над площадью? Казалось, никто кроме Дианы не услышал этого крика, и, когда она попыталась подняться, чтобы лучше его расслышать, ее силой усадили на колени. Девушка поняла, что ей лучше помалкивать. Миссис Скрэгг ничего не услышала и мрачно сказала толпе:
– Мы помолимся за них, споем гимн, а потом заставим исповедаться.
Она начала молитву о том, чтобы грешники осознали свои прегрешения и покаялись в них, пока еще есть время. Потом толпа начала петь «Господь Мой, мы все ближе к Тебе», и Диана закрыла глаза, чтобы снова оказаться в своем видении и понять, что еще можно сделать. Скорее всего, Делберт находится сейчас в толпе и его все еще мучают сомнения, но может ли он им помочь? Горожане просто не будут его слушать. Она постаралась выровнять свое дыхание и не обращать внимания на болезненные спазмы в ногах, но так и не смогла достигнуть состояния покоя. Мертвенный свет слепил ее сквозь закрытые веки, звуки гимна пронзали барабанные перепонки. Горожане пели о том, что осталось совсем мало времени для примирения с Господом. Скоро будет слишком поздно. Гимн оборвался на полуслове, несколько фальшивых голосов попытались продолжить петь, но и они вскоре затихли. Диана поняла, что все собравшиеся на площади уставились наверх.
Она с трудом заставила себя разжать веки. Раздался женский крик. Диана была не готова увидеть, во что превратился проповедник, особенно после того, через что ей пришлось пройти. Но в неразборчивом женском вопле она узнала голос Джун. Наконец ее глаза открылись, и она увидела, что горожане в ужасе смотрят не на окно Манна, а на крышу. На самой ее вершине, вцепившись в нее обеими руками, сидел Эндрю Биван.
Крыша была слишком крутой. В лунном свете ее черепица казалась сделанной изо льда. Эндрю уцепился за выступ над двумя мансардными окнами; если он отпустит руки, то между ним и тротуаром останется только водосточная труба. Снизу он казался совсем крошечным, неуклюжим и до смерти напуганным. Диана мысленно обратилась к толпе, тщетно пытаясь встать на ноги: не пугайте его еще больше, малейшего движения достаточно, чтобы он потерял равновесие. Джун побежала вперед, выкрикивая его имя, потом попятилась назад, потеряв из виду.
– Господи помилуй, только не ты! – закричала она.
Женщина вышла из поля его зрения, и Эндрю в отчаянии перегнулся через край. Его нога соскользнула, черепица скатилась по крыше и отскочила от водосточной трубы. Люди в ужасе вскрикнули, когда он начал размахивать руками, чтобы выпрямиться, затем снова ухватился за край и подтянулся.
– Мамочка! – завыл он. – За мной гонится демон, демон из пещеры!
Диана больше не могла держать себя в руках.
– Эндрю, это мисс Крамер! – крикнула она. – Держись! Мы поможем тебе спуститься, и ты все нам расскажешь. А пока держись. Смотри на свои руки. Не смотри вниз.
И самое главное, мысленно добавила она, не думай о твари, которая загнала тебя на крышу. Ей страшно было представить, что испытал мальчик, столкнувшись с лунным монстром. Диана вскрикнула, когда ее конвоир грубо толкнул ее, а Джун смерила ее взглядом, полным невыразимой ненависти.
Мать мальчика попятилась и погрозила Эндрю пальцем.
– Оставайся на месте! – закричала она. – Не смей шевелиться. Сейчас принесут лестницу, тебя спустят и приведут прямо ко мне, и посмотрим, что ты скажешь в свое оправдание. Мне и без того тяжело, Господи помилуй.
Потом она оглядела площадь и продолжила, только тише:
– Кто пошел за лестницей? Почему так долго? Господи Иисусе, что он задумал?
Она имела в виду Эндрю. Вскрики толпы снова обратили ее внимание на крышу. Эндрю пытался перелезть через гребень крыши, глядя на люк, через который он туда попал. Люк не был виден с площади, но судя по действиям мальчика, оттуда вылезало что-то ужасное.
Конвоир Дианы ослабил хватку, и девушка встала на ноги, поморщившись от боли. Но она не успела ничего сказать, когда Эндрю попятился от того, что увидел на дальнем конце крыши. Он инстинктивно вытянул обе руки перед собой и попытался убежать прочь по черепице. Сделав шаг, мальчик споткнулся, рухнул на черепицу и покатился со склона крыши.
Диана подумала, что он сможет спастись, если ухватится за водосточную трубу.
– Хватайся! – крикнула она и похромала ближе к трубе, чтобы поймать его, если он сорвется.
Потом она осознала несколько вещей: ноги ее не слушаются, и она не успеет оказаться у водосточной трубы вовремя; конвоиры крепче схватили других пленников, чтобы те не последовали ее примеру; Эндрю не смог ухватиться за водосточную трубу, и его маленькое тело летело вниз.
– Ловите его! – закричала Диана, но несколько десятков человек, находившихся ближе к стене отеля, чем она, словно оцепенели. Они лишь поморщились, когда тело Эндрю с тихим глухим звуком упало на тротуар.
