Лунная тварь слабеет от солнечного света. Диана чувствовала, как ее наполняет энергия солнца. Но она понимала, что, если монстр захочет прорваться в отель, она не сможет ему помешать, даже ценой своей жизни. Она могла только надеяться, что толпа набросится на него, а не на нее. Но те горожане, чьи глаза были открыты, не могли оторвать взгляд от солнца. Многие молились, запинаясь; кто-то пытался запеть гимн. Только Ник подбежал к ней, вытирая глаза.
Существо бросилось на Диану, и она попятилась вверх по ступенькам, пока не уперлась спиной в дверь отеля. Тварь снова растеклась по земле, а потом поднялась на задние лапы, превратившись в великана с тонкими руками, отвратительной маленькой головой на длинной кривой шее и улыбкой, застывшей на лице Манна. Затем монстр опустился на четвереньки, его тело оставляло следы слизи на горячем асфальте, и, пошатываясь, побежал с площади.
Диана должна узнать, куда он направляется. Она побежала за ним, и к ней присоединился Ник. Когда они пробегали мимо Бутов, Джеральдина пришла в себя. Она огляделась и потянула Джереми за рукав.
– Дети, – сказала она. – Они повредят зрение.
Дети прятали свои лица, прижавшись к родителям, которые все еще стояли на краю площади. Джереми согласился с женой и закричал:
– Не смотрите на солнце! Давайте отведем детей в отель, чтобы их глаза привыкли к свету.
Диана задержалась, переживая за Джереми. Неужели он серьезно думает, что толпа прислушается к нему? Ведь всего несколько минут назад он был объектом их ненависти. Но горожане, казалось, не узнали его и отчаянно нуждались в том, чтобы ими кто-то руководил. Те, кто мог видеть, с радостью направились в отель. Джеральдина и Джереми начали помогать тем, кто передвигался вслепую. Миссис Скрэгг держалась за своего мужа и причитала: «Боже милостивый, верни мне зрение, здесь есть люди, которые нуждаются во мне». Двое мужчин повели Джун в отель, а Юстас осторожно поднял тело Эндрю. Диана и Ник выбежали с площади.
Солнце сотворило чудо и воссоздало улицы, здания, небо над городом. Бесформенный монстр скрылся из виду, но Диана знала, куда идти. Когда они с Ником свернули в ближайший переулок, ведущий к тропе на вересковую пустошь, они увидели существо, ползущее вверх по крутому склону. Его ноги увядали на солнце, тело сморщивалось, как будто наконец начинало соответствовать своему возрасту. Но ему хватало сил карабкаться наверх, и, когда Ник и Диана добежали до конца тропинки, залитой ослепительным солнечным светом, монстр был уже на полпути к пещере.
Ник остановился, чтобы отдышаться.
– У нас получится его убить? – спросил он.
– Только солнце может сделать это, Ник.
Но все же она жалела, что у нее не было оружия под рукой. Она бежала по следу, оставленному сморщенным туловищем на обугленной пустоши, и смотрела по сторонам: сейчас пригодилась бы дубина, но ближайшее дерево было слишком далеко. Усохшие ноги перетащили дрожащее туловище через край каменной чаши, окружавшей пещеру, и Диана побежала быстрее.
Она чуть не упала, споткнувшись о камень размером почти с ее рост, лежавший рядом с тропинкой. Диана и Ник, не сговариваясь, поняли, что это именно то, что им нужно. Они с трудом подняли камень с земли, их ладони покрылись ссадинами и почти онемели. Затем они быстро поднялись по склону к каменной чаше, держа булыжник с двух сторон. Тяжесть камня и срочность задачи несли их вперед. Диана молилась, чтобы лунная тварь еще не уползла обратно в свое логово, чтобы они успели добраться до нее. Девушка поняла, что монстр поджидает их в засаде, только когда лицо Манна с выпученными глазами на червеобразной шее поднялось над краем каменной чаши и огромные руки потянулись к ней и Нику.
Вес камня нес их вперед, а затем она почувствовала, как камень выскальзывает из рук. У них не получилось, с горечью подумала она. И теперь им суждено стать последними жертвами лунной твари, душами, которые та унесет обратно в свое логово. Но камень упал на улыбающееся лицо и размозжил голову монстра.
Ник оттолкнул Диану и сам отскочил в сторону, когда огромные уродливые руки начали биться в агонии. Руки схватили пустоту там, где только что были Ник и Диана, слепо потянулись к ним, затем дернулись и вцепились в камень. Существо уже ослабло, но все еще конвульсивно поднимало свое тело, пытаясь отползти назад. У Дианы мелькнула ужасная мысль, что оно может оторвать себе голову и оставить ее под камнем, а его обезглавленное тело будет их преследовать по вересковой пустоши. Наконец оно вложило силу всех своих восьми конечностей в последний рывок и вытащило раздавленную, истекающую кровью голову из-под груза.
