Эндрю чуть не вскрикнул, чуть не вырвал свою руку из отцовской ладони. Мать стояла под уличным фонарем, загородив доступ на островок света. Он боялся темноты, и еще его беспокоил запах, напоминавший запах террариума с рептилиями в зоопарке. Не может быть, чтобы рука отца была такой странной на ощупь.
– Не могу сказать, – ответил отец.
– Он никуда не пойдет, пока ты не скажешь зачем. И я тоже пойду с ним и прослежу, чтобы он вел себя как следует.
Она повернулась к ним спиной, и они пошли за ней, на островок света от уличного фонаря. Тень отца Эндрю потянулась к матери. Тень не сделает ей больно, и отец тоже, пытался убедить себя Эндрю. Мальчик крепко сжал руку отца, надеясь, что она опять станет нормальной на ощупь. Родители правы. Он снова ведет себя глупо. Он больше не маленький и не должен бояться того, чего нет. Особенно когда вокруг много всего, чего стоит бояться.
Мать снова повернулась к ним, и тень отца съежилась от света следующего фонаря.
– Буты вернулись. Можно подумать, они не понимают, что им здесь не рады. Эндрю, не смей к ним даже приближаться.
– Не буду, обещаю.
У него не будет времени повидаться с Джеральдиной и Джереми, пока он присматривает за отцом. Мальчик потянул отца в сторону магазина. Он молился, чтобы отцу стало лучше, когда они окажутся в освещенном помещении, но если с ним все еще что-то не так, если демон из пещеры все еще влияет на него, тогда Эндрю должен пойти с ним к мистеру Манну. Тогда он перестанет бояться отца, перестанет чувствовать, как отцовская рука становится длиннее, холоднее и сильнее с каждым разом, когда они входят в темноту.
Когда Диана пришла к выводу, что Уайлды не приняли ее предложение о ночлеге, у нее появилось чувство покорности судьбе, которое показалось ей сродни облегчению. Теперь она одна, как и должно было быть. Не было смысла отказываться от своих кельтских корней: в глубине души она знала, что делать. Диана не нуждалась ни в чьей защите. Ей оставалось лишь доверять своим инстинктам и надеяться, что еще не слишком поздно.
Она обошла коттедж и убедилась, что все окна и наружные двери заперты. Потом проверила все лампочки, чтобы убедиться, что ни одна из них не перегорела, а затем поднялась в спальню. Она чувствовала себя так, словно проспала уже несколько дней и ей нужно расслабиться, чтобы проснуться и увидеть то, что необходимо. Она легла на кровать и проделала упражнения на расслабление, попыталась опустошить свой разум и впустить осознанность.
Это не сработало. Случайные мысли продолжали проноситься в голове. Ночь при свете дня, подумала она, но хотя бы отец О’Коннелл погиб не в колодце, хотя имело ли это значение? Могла ли эта темнота быть тем, что друиды имели в виду, говоря о падении неба? Возможно, включенный свет мешает ей расслабиться. Диана уже собралась выключить его, когда во входную дверь кто-то постучал.
Она вжалась в спинку кровати. Неужели Манн почувствовал, что она пытается осознать происходящее, и пришел помешать ей? «Некуда бежать, Гарри найдет тебя», – вспомнилось ей. Она спустилась вниз, как будто усталость тянула ее за собой; не было никакого смысла откладывать конфронтацию. Но когда она открыла дверь, то увидела на крыльце Бутов.
Джереми выглядел встревоженным; Джеральдина казалась странно спокойной.
– Нам можно войти? – спросила она.
– Конечно, – устало ответила Диана.
Они прошли за ней в гостиную. Джереми с тревогой уставился на рисунок с альпинистами, с палками вместо рук и ног. Он прочистил горло и сказал:
– У нас не получилось уехать далеко.
– Что вас остановило?
– Фургон съехал с дороги и застрял в лесу, а теперь мы не можем его починить. Никто не хочет ехать за ним.
– Как думаете, почему?
– Все дело в этой проклятой тьме, разве нет? Не удивительно, что она пугает людей, тревожит их умы. Я не исключение. Хорошо, что мы нашли дорогу назад. Хоть в чем-то нам повезло.
– Я бы сказала, нам указали путь, – тихо сказала Джеральдина.
– Давай не будем спорить об этом при Диане, ладно? Если тебе так показалось, Джерри, не буду тебя переубеждать.
– Мне не хочется провоцировать вашу ссору, – сказала Диана как могла непринужденно, – но кто именно указал вам путь в город?
Джеральдина дерзко посмотрела на нее.
– Только один человек мог сделать это – наш нерожденный сын.
Такого ответа Диана не ожидала. Джереми воспринял ее молчание как признак смущения и поспешил вмешаться.
– Мы пришли, чтобы забрать ключи и сообщить вам, что мы вернулись. Приходите в гости, если почувствуете себя одиноко.
Диана порылась в сумочке и нашла ключи от часовни.
– На вашем месте я бы не пыталась покинуть город, – предупредила Джеральдина. – Особенно в такую темень.
– Почему? – Вопрос Дианы прозвучал резче, чем она рассчитывала.
– Думаю, мы в безопасности там, где свет. Иначе наш сын не привел бы нас сюда.
В безопасности от чего? Чем больше Джеральдина говорила, тем тяжелее становилось Диане придерживаться своего плана. Она отдала ключи Джереми, тот сразу же встал.
– Диана, если вам понадобится компания, просто приходите к нам. Неверующим следует держаться вместе.
