Город потерянных душ полностью

Джордан слепо таращился на стихотворение, приклеенное к стене его спальни. Это была старопечатная страничка, которую он нашел когда-то в магазине подержанных книг; слова окаймляла затейливая рамка из листьев. Стихотворение принадлежало Редьярду Киплингу, и так точно выражало собой правила, по которым жили оборотни, Закон, которому они повиновались, что он задумался: может, Киплинг сам принадлежал Нижнему миру, или, по меньшей мере, знал о Соглашениях. Джордан почувствовал тогда, что должен купить этот листок и приклеить его на стену, хотя любителем поэзии он никогда не был.

На протяжении последнего часа он вышагивал туда-сюда по квартире: то вынимая телефон, чтобы посмотреть, нет ли смс-ки от Майи, то набегами проверяя холодильник и заглядывая туда на случай, если вдруг в нем возникнет что-нибудь съедобное. Ничего, само собой, не возникало, но Джордан не хотел выходить за продуктами на случай, если Майя вдруг придет, когда его нет дома. Еще он принял душ, прибрал на кухне, попытался посмотреть телевизор (и не преуспел) и начал было расставлять все свои DVD-диски по цвету обложек.

Он места себе не находил. Так, как порой не находил себе места перед полнолунием, зная, что грядет Обращение, чувствуя в крови зов приливов. Но луна убывала, а не росла, и вовсе не Обращение заставляло его чувствовать себя так, словно его выворачивает из кожи. Дело было в Майе. В том, чтобы остаться без нее – после почти двух полных дней в ее обществе, не отходя от нее дальше, чем на несколько метров.

Она отправилась в полицейский участок без него, объяснив, что сейчас был не лучший момент тревожить стаю появлением постороннего оборотня – даже несмотря на то, что Люк поправлялся. Джордану идти ни к чему, доказывала она, ведь ей всего-то и надо, что спросить у Люка, можно ли Саймону и Магнусу завтра заглянуть на ферму; а потом она позвонила бы туда и велела бы членам стаи, если на ферме такие обретались, очистить территорию. Джордан знал – она права. Ему не было никакого резона идти с ней, но как только она ушла, он начал лезть на стену. Может, она ушла, потому что ее уже от него тошнило? Может, она передумала и решила, что раньше была насчет них права? И что происходило между ними? Они встречались? Наверное, стоило ее спросить до того, как вы переспали, гений, сказал он себе и понял, что снова стоит перед холодильником. Содержимое того не изменилось – бутылки крови, полкило размораживающегося говяжьего фарша и червивое яблоко.

Во входной двери повернулся ключ, и он отпрыгнул от холодильника, оборачиваясь на лету. Джордан осмотрел себя. Он был бос, в джинсах и старой футболке. Почему, пока ее не было, он не удосужился побриться, принарядиться, побрызгаться одеколоном, вообще сделать хоть что-нибудь? Он быстро пригладил волосы руками, и Майя как раз вошла в гостиную, бросив запасные ключи на кофейный столик. Она переоделась в мягкий розовый свитер и джинсы. Ее щеки разрумянились от холода, губы покраснели, а глаза сияли. Джордану до боли захотелось ее поцеловать.

Вместо этого он сглотнул.

– Ну… так как все прошло?

– Все в порядке. Магнус может воспользоваться фермой, я ему уже написала, – она подошла к Джордану и облокотилась на столешницу. – Еще я сообщила Люку, что Рафаэль рассказывал про Морин. Надеюсь, это ничего страшного.

Джордан был озадачен.

– А почему ты решила, что ему стоит знать?

Майя словно поникла от неуверенности.

– О господи. Только не говори, что я должна была хранить это в тайне.

– Нет… я просто спросил…

– Ну, если взбесившаяся вампирша и впрямь прорубает себе дорогу по Нижнему Манхэттену, стае стоит быть в курсе. Это их территория. К тому же, мне нужен был его совет насчет того, говорить Саймону или нет.

– А как насчет моего совета? – Джордан собирался лишь изобразить обиду, но какая-то – небольшая – его часть и впрямь была обижена. Они уже это обсуждали: стоит ли Джордану сообщить своему подопечному, что Морин на свободе и убивает направо и налево, или же это станет лишь очередным бременем в дополнение ко всему тому, что и так за последнее время обрушилось на Саймона. Джордан склонялся к тому, что говорить не стоит – в любом случае, что бы Саймон мог с этим поделать? – но Майя не была так уверена.

Она запрыгнула на столешницу и повернулась к нему лицом. Даже сидя, так она оказалась выше него, и ее карие глаза сияли, глядя на него сверху вниз.

– Мне нужен был совет взрослого.

Майя болтала ногами; он ухватил ее за них и провел руками вверх по швам ее джинсов.