Артём громко, истерически закричал, пытаясь вырваться. Однако ремень с бруском надёжно удерживали его ноги, не позволяя им двигаться и на миллиметр. Тележка для перевозки больных затряслась, колёсики застучали по полу. Рожкова навалилась курьеру на грудь. Ему в нос ударил запах её волос. Это оказалась самая отвратительная вонь, которую он когда-нибудь ощущал. Не потому, что они вправду воняли, а потому, что всё, связанное с этим человеком стало ему премерзким.
Левую ногу ожгло адским пламенем. Казалось, он сунул её в извергающийся вулкан, в лаву. Сознание отказывалось признавать, что ему отпиливали конечность. Артём кричал. От целого космоса боли. От вселенской несправедливости. От безграничной обиды. В левой ноге полыхало пламя, которое не могло затушить ничто. Всеми силами курьер пытался вырваться, помочь себе, но ничего не мог.
За считанные секунды боль заполнила собой всё сознание – без остатка. Ему начало казаться, что ничего в этом мире больше не существует, кроме боли. И никогда не существовало. И никогда больше не будет существовать. Боль стала невыносимой.
Потом она резко закончилась. Исчезла. Стремительно курьер начал проваливаться в черноту. Успел подумать, что странно, ведь он и так в подземном сооружении. Куда ещё дальше проваливаться?!
В следующий миг его окутала спасительная тьма.
***
Сознание возвращалось долго. Артёму даже на несколько мгновений начало казаться, что он никогда не очнётся.
Потом пришла боль. Вначале слабая, в правом плече. Затем острейшая в ногах. Вот она-то бесцеремонно и выдернула его из блаженного забытья.
Артём резко сел. От этого движения перед глазами поплыло. Затошнило. Все эти ощущения мигом забылись, когда он увидел собственные ноги. От осознания произошедшего спёрло дыхание, стало не хватать воздуха.
– Боже! – прошептал курьер.
Ступней больше не существовало – они были обрезаны по щиколотку. Культи замотали тряпками, которые насквозь пропитались кровью. У Артёма появилось иррациональное желание скорее размотать тряпки, удостовериться, что под ними действительно больше нет ступней. Всё из-за того, что он по-прежнему их чувствовал. Даже попробовал пошевелить пальцами и у него получилось. Правда, не увидел этого. Не размотал тряпки лишь из-за того, что силы ушли, и он упал на скрипнувшую тележку.
В глаза светил тот же самый светильник. Артём находился в том же самом подземном сооружении. С удивлением осознал, что запахов нет вообще. Нос будто сломался.
В следующий миг его накрыло ужасом от случившегося. Понимал, что двое стариков отрезали ему болгаркой ступни. Однако в мыслях это всё равно не укладывалось, несмотря на беспрестанную ноющую боль. Постоянно хотелось пошевелить пальцами. Курьер попробовал это сделать. Получилось. Он ясно и отчётливо ощущал, что двигал всеми пальцами на обеих ногах. Превозмогая себя, Артём приподнялся на левом локте. Осмотрел ноги. Там не могло быть ступней. Им попросту негде вместиться в тех тряпках, которые намотаны на остатки конечностей.
– Боже! – курьер упал на тележку, закрыл лицо руками. – Этого не может быть! Этого не может быть! – зашептал он. – Этого не может быть! Этого не может быть!
От отчаяния хотелось плакать. Хотелось выть. Хотелось истошно материться. Если бы хоть что-нибудь из этого помогло, Артём бы всенепременно так и сделал.
В теле поселилась жуткая усталость. Вдобавок сильно болели ноги. Артём закрыл глаза и тут же провалился в полудрёму. Ему ничего не снилось, он просто ощущал, что находился в чёрной бездонной яме, где есть только он и ничто.
В следующий миг Артём вынырнул из тягучего забвения. Тут же вернулась боль в ногах. Плечо поутихло. Он обнаружил себя на боку. В первый миг показалось, что ему приснилось, будто ступни отрезали. Приподнялся на локте, поглядел на обмотанные тряпками огрызки ног. Со стоном вновь упал на тележку для перевозки больных.
Артём, вдруг, осознал, что ему отчаянно хотелось проснуться. По-настоящему очнуться. Вновь оказаться в том дне, где ещё не поссорился с женой, где надо вставать на осточертевшую работу, где хочется заняться трейдингом криптовалют. Тогда ему казалось, что жизнь в чёрных красках и ничего не получается, а денег постоянно нет ни на что. Теперь Артём понял, насколько сильно ошибался. Никогда не бывает так плохо, чтобы не могло стать ещё хуже.
Отчаянно хотелось вынырнуть из кошмара. Забыть всё случившееся, как страшный сон. Курьер сильно-сильно зажмурился.
– Боже! Пусть это всё окажется неправдой! – зашептал он. – Господи! Сделай так, чтобы всё это оказалось неправдой!
Он никогда не ходил в церковь. Никогда не верил в бородатого старика, восседающего на облаке. Никогда не воспринимал всерьёз какую-либо религию. Считал их пережитком прошлого.
Теперь искренне поверил в Бога. Больше никто и ничто ему помочь не могло.
Оставалась надежда, что его будут искать. Она тлела в душе, точно уголёк. Артём понимал, что вряд ли его найдут в этом подземелье, где уже исчезали люди. Однако надежда, как и религиозность, логике не поддаётся.