Артём тут же схватился за кружку. Обратил внимание, что Рожкова испугалась его резкого движения, шарахнулась назад.
Курьер, приподнявшись на локте, в несколько глотков осушил посуду. Жажда как была – так и осталась.
– Ещё! – поставил кружку на то же место Артём.
– Обойдёшься, – буркнула Рожкова. – Господи, я тебе тут что, прислуга, что ли, воду носить?! За контейнером приду позже, вместе с обезболивающим.
После этих слов, она направилась к выходу.
– Дайте ещё воды! – попросил Артём. – Я же не могу её взять сам!
– Господи, тебе никто не виноват, – бросила через плечо Любовь Григорьевна. – Не надо было нападать на Петю.
– Не надо было меня похищать! – крикнул ей вслед курьер.
Рожкова и её медведеподобный супруг покинули помещение. Вскоре Артём услышал лёгкий скрип. Догадался, что это та самая верёвочная лестница, по которой ему теперь ни за что не забраться даже если ему не будут препятствовать.
Несколько мгновений он лежал, глядел в потолок. Затем живот вновь забурчал, требуя пищу.
Превозмогая себя, курьер смог сесть на тележке. Из-за этого простейшего действия устал так, словно многокилометровый кросс пробежал. Взгляд невольно приковался к покалеченным ногам. В голове ещё не уложилось, что больше никогда не сможет ходить. Казалось, что надо встать, пройти всего с десяток шагов, тогда сможет вдосталь попить.
Глаза утверждали, что идти он не сможет.
Мозг не мог в это поверить.
Беспрестанная режущая боль напоминала, что глаза правы. Вероятно, если бы не она, Артём всё же попробовал бы пройти до подземной реки – настолько сильным оказалось отрицание случившегося.
Живот вновь заурчал, требуя еду. Глаза сами собой скосились на контейнер с кашей.
Уже через семь минут контейнер опустел. Затем курьер ещё пару минут вылавливал ложкой остатки на стенках, пока не очистил их полностью. Отставил контейнер и поглядел на тёмный коридор, где протекала река. Пить хотелось сильно. Однако после еды и без того немногочисленные силы начали таять с неимоверной скоростью. Артём почувствовал, что надо срочно прилечь, иначе попросту грохнется. На всякий случай заглянул в кружку, а после лёг на тележку. В животе поселилась приятная тяжесть. Веки стали неудержимо слипаться. Быстро уснуть помешали два обстоятельства – боль и жажда.
Курьер лежал и думал о том, что ему в этот момент больше всего хотелось уснуть, чтобы больше никогда не проснуться. Уйти навсегда в небытие. О будущем он старался не думать. Точнее попросту не мог. Не видел он будущего ни в каком виде. Это как думать о жизни через двести лет. Такое будущее сложно увидеть, потому что отчётливо понимаешь – тебя там не будет.
Артём не видел своего будущего даже через месяц. Как жить без ступней, он не представлял. Мозг же до сих пор отказывался верить, что его покалечили. Отказывался верить, что его собираются убить.
Несмотря на боль, на жажду и подавленное настроение, спасительный сон всё же пришёл. Артём с удовольствием рухнул в умиротворяющую тьму.
***
Артём лежал на старой кушетке. В маленькой студии, доставшейся после дележа родительской двушки, он ютился с женой и годовалой дочкой. Пока им места хватало, но уже через несколько лет жилплощадь понадобится большего размера. Впрочем, к тому времени Артём рассчитывал много зарабатывать на трейдинге криптовалют. К тому времени он уже собирался обзавестись кругленькой суммой денег, а иногда мечтал даже о том, что сумеет купить собственную трёшку, да обставить её дорогой мебелью. В глубине души Артём строил большие планы на трейдинг криптовалютой, только никому об этом не рассказывал – боялся сглазить.
Он лежал на старой кушетке, заменявшей ему с женой кровать. Глядел в потолок. Мечтал, как быстро поднимется на трейдинге. Он прочёл много историй о том, как простые ребята быстро выбирались из грязи в князи. Оставалась самая малость – собрать достаточно денег для трейдинга. На малых суммах заниматься этим не стоило – выхлоп смешной. Как известно, большие деньги делают большие деньги.
В левое плечо неожиданно что-то кольнуло. Поглядев, Артём обомлел. Там сидел огромный комар, размером с трёхмесячного котёнка. Большие фасеточные глаза смотрели на человека. Голова и тело, покрытые мелкими волосками, подрагивали. Хоботок, больше походивший на лёд для колки льда, вонзился в плечо курьера.
Артём настолько обалдел от увиденного, что первые несколько мгновений не мог ничего сделать.
– Ты, блин, что такое?! – хотел сказать он, да долбануть по комару.
Из горла вырвалось неразборчивое мычание. Окружающая комната поплыла, по стенам заходили волны. С комаром тоже начало происходить ненормальное. Он принялся быстро менять облик, очеловечиваться. Не успел Артём ничего понять, как комната превратилась в подземное сооружение. Комар мутировал в Рожкову, которая вкалывала ему в плечо серо-коричневую субстанцию. Как и в прошлый раз, она засадила иглу на всю длину.
– Что вы делае… – промямлил курьер.
Рука не двигалась. Не сразу, но он понял, что Пётр его держал. Голова совершенно отказывалась думать. То ли он не отошёл от сна, то ли начала действовать отрава.