Чертополох без колебаний спрыгнула с крыши и приземлилась в мягкую грязь. Не дожидаясь, когда пыльные люди среагируют, она прыгнула на ближайшую каменную плитку, затем на следующую и убежала вперед. Никки спрыгнула вслед за ней, стараясь не отставать, чтобы успеть создавать тропу перед бегущей девочкой.
Натан и Бэннон спрыгнули следом. К этому времени кто-то из пыльных людей понял, что делает их добыча, и мумии устремились следом за ними, обходя уцелевшие городские здания. Два сухих трупа поднялись слева от Чертополох, пронырнув под затвердевшим песком. Заметив это, Никки зарычала от ярости и ударила по пыльным людям воздухом, превратив их в осколки костей и обрывки сухой плоти.
Но монстров было все больше.
Никки с девочкой бежали к скалам, Бэннон и Натан не отставали. Наконец, все они покинули заброшенный город. Добравшись до скал, Чертополох стала карабкаться наверх, находя опоры для рук и ног и стремясь убраться подальше от пыльных людей. Трое взрослых лезли вслед за ней по отвесной скале, пока не достигли относительно безопасного монолитного уступа.
Чертополох и не думала останавливаться.
— Я знаю путь, следуйте за мной. Если мы углубимся в каньоны, эти монстры никогда нас не отыщут.
Беглецы устремились в ночь. Поднявшись выше, Никки оглянулась и увидела, как последнее кирпичное здание обратилось в пыль. Затем зашатались и каменные постройки; земля под ними растаяла и поглотила здания. Вскоре Верденовы родники бесследно исчезли.
Даже напуганная и шокированная, Чертополох хорошо ориентировалась в темной пустоши. Девочка, подстегиваемая адреналином, вела их под светом звезд вдоль гладких скал в глубины каньонов, подальше от пыльных людей. Все были слишком измучены и потрясены, чтобы разговаривать. Сирота пыталась принять случившееся, но несла это бремя с такой яростной и молниеносной решимостью, что Никки восхитилась.
Когда путники достигли вершины утеса и оказались вне досягаемости миньонов Поглотителя жизни, Чертополох присела на плоскую скалу. Ее угловатые коленки торчали вверх, а плечи поникли. Она положила руки на свою лоскутную юбку и уставилась в пустынную даль.
Никки встала рядом с ней.
— Полагаю, теперь мы в безопасности. Спасибо.
Девочка задрожала, а Никки не знала, как ее успокоить.
К счастью, подошел волшебник и склонился к сироте:
— Мне очень жаль, дитя. Это был твой дом, твои тетя и дядя…
— Они заботились обо мне, — дрожащим голосом сказала Чертополох, — но чаще я проводила время в одиночестве. Я была в порядке — и буду в порядке. — Она с пламенной решимостью посмотрела вверх, но когда ее медово-карие глаза встретились с глазами Никки, то сразу наполнились слезами. Губы девочки задрожали, плечи затряслись. — Дядя Маркус и тетя Луна всегда говорили, что я беру на себя слишком много обязательств. Слишком колючая, говорили они. — Она шмыгнула носом, но Никки видела ее железную волю. — Со мной все будет в порядке.
— Я знаю, — сказала Никки. — Так и будет.
Через мгновение девочка зашлась в рыданиях, потирая глаза. Бэннон неловко обнял ее за плечи, прямо как старший брат. Она повернулась, обняла его в ответ и плакала, уткнувшись в его грудь. Юноша моргал, не зная, чем помочь ее горю, и просто сжимал ее в объятиях.
— Здесь мы отдохнем, — объявила Никки, осматриваясь по сторонам. — Тут нам ничего не угрожает. Выдвинемся завтра утром.
— Сейчас нигде не безопасно, — голос Чертополох снова был тверд. Она встряхнулась. — Разве что с вами. Вместе мы справимся.
Никки встала на часы первой, а остальные попытались уснуть. Беглецы растеряли свои рюкзаки и дорожные принадлежности во время безумного отступления, но все же они выбрались. Никки могла поддерживать своих спутников посредством магии, но считала, что способности Чертополох к выживанию будут незаменимы даже вдалеке от распространяющегося запустения.
Бэннон и Натан растянулись на голых камнях, чтобы отдохнуть. Измотанный старый волшебник крепко спал с полузакрытыми глазами, и меж век виднелись только белки глаз. Колдунья привыкла к тому, что волшебники спят с открытыми глазами: жуткая особенность, которая шокировала непривычных к такому зрелищу. Но теперь она больше беспокоилась о том, что глаза Натана Рала чаще были закрыты — возможно, то был еще один признак того, как сильно старик отдалился от магии после перемен в мире. Он утратил целостность. Откуда Рэд знала, что их ждет?
Сидя в тишине, Никки смотрела на звезды, все еще пытаясь увидеть новые созвездия, но не могла найти в небе никакого послания. Она с подозрением прислушивалась к каждому шороху листвы и стуку падающих камушков в ночи, но все звуки издавали снующие туда-сюда грызуны.
Наконец-то у нее выдалось время поразмыслить. Она задумалась о Д'Харианской империи, об обширном Древнем мире — почти неизведанном континенте, который лорд Рал поручил ей исследовать. Как ей спасти мир? Сама эта идея казалась смешной. Ее нынешняя забота — Поглотитель жизни, кем бы он ни был. Язва распространялась, охватывая все бóльшую площадь. А теперь он наслал на них своих пыльных людей.
