Путь до гостиной леди Чевил занял больше времени, чем рассчитывала Аннелиза: она находилась в дальнем крыле дома. Видимо, именно поэтому Джордж выбрал ее для свидания. К тому же Аннелизе пришлось идти окольными путями, чтобы невзначай не столкнуться с другими гостями, искавшими уединения. Когда же она переступила наконец порог утопавшей в темноте гостиной, Джордж, уже ожидавший ее там, набросился на нее прежде, чем она успела вымолвить хоть слово, и принялся жадно ее целовать, собственнически сжав руками ягодицы.
– О, Энн, ты потрясающая. Пришла сюда прямо посреди бала. Маленькая распутница!
– Джордж, – укоризненно пробормотала Аннелиза.
Его поцелуя были чудесны, а граничившая с отчаянием страсть невероятно возбуждала, но Аннелизе совсем не понравилось, что он назвал ее распутницей. Она ведь совсем не такая, верно?
– Джордж? – повторила девушка, только на этот раз с вопросительной интонацией, но молодой человек не ответил, поскольку тяжело и прерывисто дышал в попытке задрать подол ее платья, одновременно увлекая ее к дивану. – Джордж!
Отвергнуть его было трудно, поскольку Аннелиза тоже испытывала желание, но ей все же удалось просунуть руки между ними и оттолкнуть его от себя.
– Что такое? – в негодовании воскликнул Джордж.
– Я пришла сюда не за этим, – заявила Аннелиза.
– А что, ты думала, здесь произойдет? – усмехнулся молодой человек и опять двинулся к девушке, не сводя с нее горящего беспощадным огнем взгляда. – Я несколько дней сходил с ума от желания.
Аннелиза густо покраснела: теперь ей было ясно, что он имеет в виду. Осознание, что Джордж так отчаянно желает ее, будоражило, но в то же время вызывало дискомфорт. Аннелиза не понимала, что послужило тому причиной, и усомнилась в том, что действительно хочет оставаться с ним наедине в этой темной удаленной комнате.
Схватив девушку за руку, Джордж с такой силой притянул ее к себе, что она едва не упала, и пробормотал:
– Ну же, Энн, давай повеселимся! Я знаю, что ты тоже этого хочешь.
– Нет, я… Я просто… – Аннелиза попыталась отстраниться, но Джордж не позволил. – Сегодня же бал в честь середины лета. Я думала… – Она осеклась, не в силах произнести эти слова вслух, так как единственного взгляда на Джорджа было достаточно, чтобы понять: никакого предложения делать ей он не собирался.
Он поцеловал ее, а потом соблазнил, забрав то единственное, что она должна была сберечь для мужа, и теперь намеревался взять ее снова.
– О господи! – выдохнул Джордж и посмотрел на девушку так, словно готов был расхохотаться в голос. – Ты думала, я на тебе женюсь? Да, ты красивая, с этим не поспоришь, и я чудесно провел время у тебя меж бедер, но давай смотреть на вещи реально: у тебя ведь нет денег, и, породнившись с твоей семьей, моя семья не получит никакой выгоды.
Аннелиза хотела что-то сказать, хотела даже ударить его, но лишь стояла перед ним, охваченная ужасом, не в силах поверить слетевшим с его губ словам.
– Кроме того, – с жестокой улыбкой добавил Джордж, – у меня уже есть невеста.
У Аннелизы едва не подкосились колени. Чтобы не упасть, она схватилась за край письменного стола и едва слышно прошептала:
– Кто?
– Фиона Беквит, – ответил Джордж, – дочь лорда Хенли. Я попросил ее руки вчера вечером.
– И она ответила согласием? – все так же шепотом уточнила Аннелиза.
Джордж рассмеялся. Громко.
– Конечно, почему нет? А ее отец виконт даже сказал, что весьма доволен таким поворотом событий. Она младшая дочь и его любимица, и я не сомневаюсь, что за ней дадут щедрое приданое.
Аннелиза судорожно сглотнула, почувствовав ком в горле. Как ей хотелось поскорее убраться из этой комнаты и из этого дома!
– Между прочим, она довольно недурна собой, – мерзко улыбаясь, произнес Джордж и шагнул к ней. У Аннелизы все внутри перевернулось при виде той самой улыбки, с которой он ее соблазнил несколькими днями раньше. Негодяй был совершенно неотразим и знал это. – Однако я сомневаюсь, что она окажется такой же шаловливой распутницей, какой была ты.
– Нет… – попыталась возразить Аннелиза, но губы Джорджа вновь накрыли ее собственные, а руки пошли блуждать по всему телу.
Девушка пыталась сопротивляться, но лишь развеселила Джорджа.
– О, тебе нравится, когда с тобой обходятся грубо? – он рассмеялся и больно ее ущипнул, тем самым словно разбудив, выведя из ступора, в который она впала, ошеломленная его признанием. Откуда-то из глубины ее существа вырвался яростный рык, и она с силой оттолкнула негодяя, выкрикнув:
– Убери от меня свои руки!
Джордж лишь снова рассмеялся, и в отчаянии Аннелиза схватила единственное оружие, какое попалось ей под руку: старинный нож для писем, лежавший на столе леди Чевил. Взмахнув им перед собой, она предостерегающе воскликнула:
– Не приближайся ко мне!
– О, Энн, – снисходительно протянул Джордж и подошел к девушке как раз в тот момент, когда она яростно махнула рукой с зажатым в ней ножом. – Сука! – взревел Джордж, хватаясь за щеку. – Ты меня ранила!
– О господи, господи! Я не хотела, – нож выпал из ее рук, и она метнулась прочь, к стене, словно пыталась убежать от себя самой. – Я не хотела!
