Но, возможно, она кривила душой.
– Я тебя убью! – прошипел Джордж. Кровь сочилась у него между пальцами, капала на кипенно белую сорочку. – Ты меня слышишь? Я отправлю тебя в ад!
Аннелиза проскользнула мимо него и бросилась бежать.
Три дня спустя она стояла перед своим отцом и отцом Джорджа и слушала, как они приходят к соглашению по такому большому количеству вопросов.
Она потаскуха.
Она могла разрушить жизнь Джорджа.
Она поставила под удар судьбу собственных сестер.
Если выяснится, что она беременна, то это исключительно ее вина и пусть даже не надеется на то, что Джордж сочтет себя обязанным на ней жениться. (Будто испытывал горячее желание жениться на той, что изуродовала его лицо на всю оставшуюся жизнь!)
Аннелизе было до сих пор дурно при мысли об этом. Нет, она не жалела о том, что произошло, но, казалось, никто не считал ее действия попыткой защититься. Все словно полагали, что раз она отдалась Джорджу однажды, он имел полное право требовать этого снова.
Но Аннелиза до сих пор помнила это отвратительное ощущение, это влажное упругое сопротивления плоти, когда в него вонзился нож. Она подобного не ожидала и размахивала ножом лишь для того, чтобы отпугнуть Джорджа.
– Решено, – отрезал ее отец. – А теперь ты опустишься на колени и поблагодаришь сэра Чарлза за великодушие.
– Вы уедете из города, – приказал сэр Чарлз, – и никогда больше сюда не вернетесь. Вы не станете искать встречи с моим сыном или с кем-то из членов моей семьи, оборвете все связи со своей собственной семьей, исчезнете, будто вас никогда не существовало. Вы меня поняли?
Аннелиза медленно покачала головой, не веря собственным ушам. Она не понимала, не могла понять. Порвать с семьей Чарлза? Да ради бога, но чтобы со своей собственной? Неужели родные действительно от нее отреклись?
– Мы подыскали тебе место, – с отвращением в тихом голосе сказал отец. – Сестре жены кузена твоей матери требуется компаньонка.
Кому? Аннелиза тряхнула головой, пытаясь собраться с мыслями. О ком он говорит?
– Она живет на острове Мэн.
– Что? Нет! – Аннелиза пошатнулась и шагнула вперед в попытке взять руки отца в свои. – Это же так далеко! Я не хочу туда ехать.
– Молчать! – взревел он, с силой ударив дочь по щеке тыльной стороной ладони.
Аннелиза пошатнулась. Шок от действий отца не шел ни в какое сравнение с болью от удара. Он ее ударил, хотя за шестнадцать лет ни разу не поднимал на нее руки. И вот теперь…
– Твоя репутация запятнана в глазах всех, кто тебя знает, – процедил он безжалостно. – Если не сделаешь как велено, навлечешь еще больше позора на свою семью и окончательно уничтожишь шансы сестер когда-нибудь выйти замуж.
Аннелиза подумала о Шарлотте, которую обожала больше всего на свете, и о Марабет, с которой никогда не была близка… Но это же неважно, она ведь тоже ее сестра… Разве что-то могло быть важнее?
– Я поеду, – прошептала Аннелиза, коснувшись все еще горевшей от удара щеки.
– Через два дня! – отрезал отец. – Нам необходимо…
– Где она?
Аннелиза испуганно вскрикнула, когда в комнату влетел Джордж. Его глаза горели безумным огнем, а кожа блестела от пота. Он тяжело дышал. Должно быть, бежал через весь дом, услышав, что она здесь. Одна половина его лица была скрыта под повязкой, края которой подсохли и начали отставать от раны. Эннлиза испугалась, что повязка просто-напросто упадет на пол, а ей не хотелось видеть то, что скрывалось под ней.
– Я убью тебя! – заорал Джордж, бросаясь к ней.
Аннелиза отшатнулась и инстинктивно бросилась к отцу в поисках спасения. Должно быть, в его сердце все еще оставалась толика любви к ней: он закрыл ее собой и выставил вперед руку, чтобы сдержать Джорджа, которого уже оттаскивал назад сэр Чарлз.
– Ты за это заплатишь! – бушевал Джордж. – Посмотри, что ты со мной сделала! Только посмотри на это! – он сорвал с лица повязку, и Аннелиза поморщилась при виде воспаленного багрового пореза, который тянулся от скулы к подбородку.
И без слов было понятно, что на лице Джорджа наверняка останется уродливый шрам.
– Остановись! – приказал сэр Чарлз. – Возьми себя в руки.
Но Джордж не унимался:
– Тебя за это повесят. Слышишь? Я обращусь к судье и…
– Заткнись! – рявкнул его отец. – Ты этого не сделаешь. Если обратишься в суд, вся эта история станет достоянием общественности, и девица Хенли расторгнет помолвку, прежде чем ты успеешь глазом моргнуть.
– О господи, – огрызнулся Джордж, с отвращением обводя рукой собственное лицо. – Полагаешь, никто ни о чем не догадается, увидев это?
– Слухи, конечно же, поползут, особенно когда она уедет из города, – сэр Чарлз бросил уничижающий взгляд на Аннелизу, – но они так и останутся слухами. А если обратишься в суд, все отвратительные подробности появятся в газетах.
В течение нескольких мучительных мгновений Аннелиза опасалась, что Джордж не отступится, но потом он наконец оторвал от нее взгляд и тряхнул головой с такой силой, что рана снова закровила. Скривившись от боли, он коснулся щеки и, посмотрев на свои окровавленные пальцы, прошипел:
