Гостиница. Они с лордом Уинстедом просидели в обеденном зале около получаса. Любой, кто видел их вместе, мог бы предположить, что она поедет домой в коляске графа.
Энн уже давно смирилась с тем, что время не остудит гнев Джорджа и желание отомстить, но она и предположить не могла, что он настолько безрассуден, чтобы подвергать опасности жизнь еще одного человека, тем более титулованного, пэра. Смерть гувернантки никто не станет расследовать, но граф Уинстед – совсем другое дело.
Джордж, должно быть, сошел с ума. Другого объяснения его безрассудству Энн не находила.
– Лошади вернулись несколько часов назад, – продолжала леди Плейнсуорт. – Конюхов отправили за коляской, и они сразу увидели причину аварии. Это был чей-то злой умысел. Изношенная кожа не лопается по прямой ровной линии.
– Верно, – кивнула Энн, пытаясь осмыслить услышанное.
– Вряд ли в прошлом у вас были столь злопамятные враги…
У Энн пересохло в горле: скорее всего, ей придется солгать, ибо у нее не было другого…
Однако леди Плейнсуорт не стала дожидаться ответа и заявила:
– Это Рамсгейт! Он окончательно лишился рассудка, черт бы его побрал!
Энн в ошеломлении уставилась на свою хозяйку, совершенно не понимая, то ли благодарить леди Плейнсуорт за то, что избавила ее от необходимости лгать, то ли ужасаться из-за того, что услышала ругательства из уст благородной дамы.
Но, возможно, ее хозяйка и права, возможно, Энн не имела никакого отношения к происшествию с коляской и все это подстроил действительно маркиз Рамсгейт. Он вынудил лорда Уинстеда покинуть страну три года назад и вполне мог попытаться убить сейчас. А что касается гувернантки, то кому до нее есть дело.
– Он ведь обещал оставить Дэниела в покое! – бушевала тем временем леди Плейнсуорт, расхаживая по комнате. – Именно поэтому он и вернулся в Англию: думал, что его жизни больше ничто не угрожает. Лорд Хью даже поехал в Италию, чтобы лично заверить Дэниела, что его отец решил положить конец всей этой бессмыслице. – Она разгневанно фыркнула и сжала пальцы в кулаки. – Три года! Три года в изгнании. Неужели этого недостаточно? Дэниел ведь не убил его сына, а всего лишь ранил, да и то случайно!
Энн хранила молчание, не уверенная, стоит ли ей высказывать свои соображения по этому поводу, но леди Плейнсуорт развернулась и в упор посмотрела на нее.
– Полагаю, вы слышали эту историю.
– Да, в общих чертах.
– Ну да, конечно. Девочки наверняка рассказали вам все в подробностях, – леди Плейнсуорт сложила руки на груди, а потом снова опустила, и Энн вдруг поняла, что никогда еще не видела свою работодательницу в таком смятении. Дама тряхнула головой, а потом посетовала:
– Не знаю, как Виргиния с этим справится: отъезд Дэниела из страны три года назад едва ее не убил.
Должно быть, речь шла о матери графа. До сего момента Энн не знала ее имени.
– Ладно, – махнула рукой леди Плейнсуорт и добавила: – Полагаю, теперь вы можете поспать. Солнце уже опустилось за горизонт.
– Благодарю вас. Пожалуйста, передайте…
– Вы что-то сказали? – переспросила хозяйка.
Энн покачала головой: неприлично просить пожилую даму передать привет лорду Уинстеду, к тому же неразумно.
Леди Плейнсуорт направилась к двери, но потом остановилась.
– Мисс Уинтер, хочу сказать еще кое-что…
Энн ждала. Ее хозяйке было несвойственно делать такие паузы в середине фразы; это не сулило ничего хорошего.
– От меня не ускользнуло, что мой племянник… – она снова замолчала, очевидно, подыскивая нужные слова.
– Прошу вас, – выпалила Энн, почувствовав, что судьба ее дальнейшего пребывания на службе в этом доме висит на волоске. – Леди Плейнсуорт, уверяю вас…
– Не перебивайте! – отрезала дама, хотя в ее голосе и не слышалось раздражения. Пока собиралась с мыслями, она подняла руку, призывая Энн к молчанию, наконец заговорила снова: – Кажется, лорд Уинстед вами увлечен.
Энн оставалось надеяться, что хозяйка не ждет от нее ответа.
– Но я ведь могу надеяться на ваше правильное поведение, не так ли?
– Конечно, миледи.
– В жизни бывают моменты, когда женщине приходится проявлять благоразумие, которого не всегда хватает мужчинам. Полагаю, сейчас как раз настал такой момент.
Леди Плейнсуорт замолчала и многозначительно посмотрела на Энн, давая понять, что на этот раз ждет ответа.
– Да, миледи.
– Дело в том, мисс Уинтер, что я очень плохо вас знаю. Ваши рекомендации безупречны, и поведение с момента поступления к нам на службу выше всяческих похвал. Вы лучшая гувернантка из тех, что когда-либо у меня служили.
– Благодарю вас, миледи.
– Но мне ничего не известно о вашей семье. Я не знаю, кем были ваши отец и мать, ничего не знаю о ваших связях. Мне было ясно, что вы получили прекрасное воспитание, но кроме этого… – леди Плейнсуорт всплеснула руками, а потом посмотрела Энн в глаза. – Мой племянник должен жениться на леди с кристально чистым прошлым и незапятнанной репутацией.
– Я прекрасно это понимаю.
– И конечно же, она должна происходить из благородной семьи.
Энн сглотнула, изо всех сил стараясь сдержать эмоции.
