От низшего по статусу такое обращение оскорбительно, от равного – фамильярность, а от столь высокой особы – любезность! И, похоже, сестрички отменно готовились к визиту, если знают даже то, какими языками владеет королевский фаворит. Кстати, обе прекрасные грандсиньорины умеют обращаться с косметикой и духами куда лучше, чем Лоренца – духами они сегодня попросту не воспользовались! Долгая скачка и разгоряченная лошадь с ее собственным резким запахом способны убить даже самый изысканный аромат, или превратить его в нечто иное, не слишком приятное.
– Месьор Люка, братец так хорошо о вас отзывался! – продолжила младшая, показывая в улыбке чудные ямочки на щеках. – К сожалению, нам пока представили не всех значительных особ вашего двора. Можно узнать, кто вон та очаровательная шатенка в бирюзовом колете?
И она указала взглядом на Клариссу, возле которой собралась компания сразу из четверых благородных синьоров. Впрочем, вели они себя с отменной учтивостью, опасаясь то ли острого язычка синьоры Клари, уже известного всему двору, то ли куда более острой рапиры ее мужа.
– Это леди Кларисса Логрейн, – пояснил Лучано. – А вон тот красавец-арлезиец, что несет ей оранжад – ее муж. История их любви достойна авантюрного романа, но пока что изложена только в документах судебного ведомства.
– О-о-о! – пропели сестрицы и выразительно переглянулись. – А мы думали…
«Вы думали, что это и есть фаворитка Альса, – снова усмехнулся про себя Лучано. – Потому что дама красива, нарядна и явно пользуется огромным успехом, как и подобает женщине короля. Промашка, великолепные синьорины».
– Где же тогда мадам Бастельеро? – напрямую спросила старшая приятным грудным контральто. – Мы столько слышали об этой даме… Думали, она будет возле короля, который выказывает ей такое благоволение.
– Дружбу, – мягко поправил ее Лучано. – Его величество считает мадам Айлин своим близким другом и очень расстраивается, когда кто-то видит в этой дружбе нечто неприличное.
Пару мгновений фраганки смотрели на него в упор, а потом так же слаженно кивнули.
– Мы запомним, дорогой месьор Люка, – мурлыкнула младшая. – И не забудем вашей любезности. Нам не хотелось бы сделать еще какую-нибудь ошибку… О, какой прекрасный пес! Шармэ!
Она восхищенно воззрилась на синьора Собаку, который вышел из кустов, помахивая пушистым хвостом, словно знаменосец – штандартом, или чем они там машут.
– Этого пса зовут Пушок, – улыбнулся Лучано. – Пушок, лорд Ульв. Его величество пожаловал ему дворянство – видите, вместо ошейника гербовая цепь? А дама рядом с ним и есть мадам Бастельеро…
Он с тщательно скрытым умилением посмотрел на синьорину, которая оттирала с замшевых штанов след огромной лапы и вполголоса объясняла Пушку, что приличные собаки так не поступают. Приличные собаки не гоняются за какими-то дурацкими зайцами, не пугают лошадей, не плескаются в ручье, не копают землю…
«И не существуют, – закончил Лучано, с искренним удовлетворением покосившись на фраганок и увидев на их лицах потрясение».
В самом деле, кто заподозрит соблазнительную и блистательную фаворитку в растрепанной девице, одетой скромнее всех, не считая егерей? Конечно, если присмотреться, темный суконный колет синьорины превосходно посажен по фигуре и оттеняет рыжие волосы. Тонкая серебряная отделка изысканно подчеркивает простоту кроя, а пышные белые рукава рубашки делают синьорину такой изящной… О, синьора Элоиза, которая ей шьет, просто превзошла сама себя! И все-таки такой наряд нужно уметь оценить. Впрочем, как и ту, что его носит.
Румяная от недавней скачки Айлин держалась так, словно на огромной поляне, кроме них с Пушком, больше никого не было, и именно это притягивало к ней взоры. Благородные гостьи, их сопровождающие, местное дворянство… Множество взглядов скрестилось на Айлин, которая подняла голову, удивленно расширила глаза… И тут рядом с ней возник грандсиньор Бастельеро, весь в черном, хотя траур кончился, с обычным для него холодным и непроницаемым лицом. Всеобщее внимание натолкнулось на ледяное самообладание Бастельеро, словно на щит, и… рассыпалось. Окружающие отвели глаза – кто из вежливости, кто из опаски. Лучано перевел дыхание. Пожалуй, впервые он был рад присутствию синьора некроманта. Аластор, попытайся он оградить синьорину от лишнего интереса, сделал бы только хуже. Айлин же снова вернулась к отчитыванию Пушка, словно ничего и не поняла.
– Так вот оно что… – тихо проговорила принцесса Флоранс. – Скажите, месьор Люка, мадам и вправду такая скромница, какой кажется, или это искусная маска?
– О-о-о… – Лучано позволил себе усмехнуться. – Когда я впервые ее увидел, тоже задался этим вопросом. И пытался ответить на него очень долго!
– И каким же был ответ?
Флоранс и Флоретта, такие разные, посмотрели на него с одинаково яростным любопытством.
