Восточные духи, которые она пыталась подобрать к костюму, были слишком сладкими и тяжелыми, поэтому Айлин тронула кожу за ушами капелькой тех самых, с ароматом каштана. Последний штрих – драгоценности! Тяжелая золотая цепь легла ей на шею так удобно и привычно, словно Айлин ее носила очень часто. Браслеты и серьги сначала показались тяжелыми, но эта тяжесть почти мгновенно исчезла, сменившись какой-то приятной уверенностью…
– Миледи такая красивая! – выдохнула Дженни. – Как альвийская принцесса!
– Вендийская, – с улыбкой поправила ее Айлин. – Дженни, дай мне кошелек.
Достав три серебряных флорина, она вручила их горничным, пояснив:
– На сладости. Вы ведь пойдете на праздничную ярмарку?
Тильды подарок приняли с должным почтением, но глаза опустили, а простодушная Дженни тут же выдала:
– Нас не отпустят, миледи! Господин дворецкий говорит, что женщинам из приличного дома на площади среди гуляк делать нечего.
– Но это же праздник! – воскликнула Айлин, посмотрела на каменные лица Тильд и вздохнула: – Понимаю…
– Ничего, миледи, мы потом днем в лавку сходим, – так же простодушно утешила ее Дженни, влюбленно посмотрела на монету и мечтательно протянула: – Ленты для кос куплю… Красивые… зеленые… как рубашка у миледи…
– Купи что-нибудь другое, – улыбнулась ей Айлин. – А на ленты и платки я попрошу тетушку отдать тебе остатки шелка от костюма.
Под неодобрительными взглядами Тильд Дженни взвизгнула от восторга и едва не кинулась Айлин на шею, остановившись в последнее мгновение. Присела в реверансе и замерла, глядя на нее преданно и влюбленно, словно Деми на лорда Грегора. Только что хвостиком не застучала, да и то исключительно по причине его отсутствия.
«А ведь в доме ее не любят, наверное, – вздохнула про себя Айлин. – Слишком она живая, милая, искренняя. Неприличная служанка неприличной хозяйки… Надо обязательно позаботиться, чтоб хоть у нее все сложилось хорошо. Не место ей в этом склепе!»
– Передайте милорду, что я готова, – сказала она вслух. – И можете быть свободны.
Уже подойдя к двери, она обернулась и последний раз взглянула в зеркало – на удачу. В темной глубине, озаренной свечами, стояла, провожая Айлин взглядом, красивая рыжеволосая девушка в изумрудно-бронзовом наряде. Блеск золота и драгоценностей, мерцание вуали… На миг Айлин вдруг показалось, что отражение поплыло… Что кожа у девушки не белая, а золотисто-смуглая, волосы – черные как ночь, овал изящного лица и разрез глаз тоже совсем другие, а главное – взгляд! Хоть глаза и зеленые, как подаренные доном Раэном изумруды, как глаза самой Айлин, но взгляд мудрый и печальный, несмотря на молодость… Айлин моргнула – и видение исчезло. Да это, наверное, и не видение было! Просто костюм и драгоценности так удачно подобраны, что показалось!
Айлин вздохнула и вышла из спальни. Надо поторопиться! Но почему-то ей очень хотелось оглянуться и хоть еще раз увидеть свое отражение, а в нем – прекрасную восточную принцессу, которая смогла стать счастливой, несмотря на все.
…Королевский дворец сиял огнями. День Боярышника празднуют во всем Эдоре, и Айлин, пока они с супругом ехали в экипаже, видела разведенные на площадях костры, вокруг которых плясали принарядившиеся люди. Лоточники и разносчики торговали пирогами и жареным мясом, пивом и горячим вином, лентами, украшениями, платками. Кое-где уже прыгали через костры, хотя главное веселье начнется ближе к полуночи. Но, конечно, все это не сравнится по красоте и веселью с королевским балом!
Экипаж проехал мимо фонтана, который теперь высился посреди площади, и Айлин не сдержала улыбки, мельком глянув на бронзовую пару. Лу такой шутник и выдумщик! Хорошо, что хотя бы они с Аластором постоянно рядом… А вот лорду Бастельеро фонтан не понравился. Он, правда, ничего не сказал из вежливости, но она уже слишком хорошо научилась читать его лицо. Чуть поджатые губы, морщинка между бровями… Никаких слов не нужно!
Выйдя из кареты перед дворцовыми воротами, супруг подал ей руку, Айлин оперлась на нее, выскочила следом и тихонько вздохнула, глядя на мужа.
О, разумеется, каждый подбирает костюм по собственному вкусу, а указывать супругу, что надевать, немыслимая невоспитанность, и Айлин никогда не позволила бы себе подобного, но…
Сегодня она впервые поняла, до чего же лорд Грегор похож на своего деда. До оторопи, до неприятной дрожи, словно рядом внезапно оказался живой лорд Стефан, даже выражение лица такое же!
Конечно, это сходство не появилось вдруг! Наверняка оно было всегда, но раньше Айлин удавалось его не замечать. А теперь, когда оно стало так безжалостно заметно, получится ли забыть о нем потом? Ведь можно снять маскарадный костюм, но как убрать печать похожести из души и разума?
