Несколькими ступенями вверху случилась какая-то заминка, кто-то взвизгнул – не от страха, а так… слегка и кокетливо. Стало вдруг свободнее, Айлин взлетела еще на несколько ступеней и вдруг оказалась в крепких объятиях. Не успела она рвануться, как ей в губы влепили смачный поцелуй и, подняв в воздух, крутанули, как в итлийской паэране, а потом аккуратно поставили на землю.
– С Днем Боярышника! – заявил такой знакомый голос, что Айлин узнала бы его где и когда угодно.
Не торопясь отпускать ее плечи, Саймон, по-прежнему разодетый в яркие чинские шелка, стоял рядом с Айлин и азартно улыбался ей. Хмельной то ли от вина, то ли от разлитого в воздухе веселья, раскрасневшийся, с растрепанными светлыми волосами, прилипшими ко лбу… По-дурацки довольный и гордый своей выходкой…
– Саймон, прекрати! – рявкнула Айлин, зло глянув сначала на него, потом на проклятый венок – ну надо же было все-таки попасться! – а потом на полдюжины молодых дворян, таких же разодетых, шальных и веселых, стоящих чуть выше на лестнице и бурно аплодирующих. – Отпусти!
– Ты чего такая грустная, Ревенгар? – изумился Саймон, вглядываясь в нее и явно позабыв, что она давно уже сменила имя. – Праздник ведь! А ну-ка, поцелуй меня, мы же под боярышником! И пойдем потанцуем?..
Он потянулся к ней снова, уже легко и спокойно, не ожидая отказа, и Айлин мотнула головой. Саймон тут же отпустил ее, глянул обиженно, насупил брови и открыл было рот, но тут вокруг стало тихо, словно на лестницу опустился огромный магический щит, отсекая любые звуки. И не успела Айлин перевести дух и объяснить дуралею Саймону, что ловить под боярышником нужно других девиц – тех, что точно желают поцелуя! – как сверху раздался негромкий ледяной голос:
– Лорд Эддерли-младший, извольте отойти от моей жены.
Айлин успела увидеть, как все взгляды поднимаются туда, к началу лестницы и невысокой сухощавой фигуре, темноволосой и одетой в черное, мрачной среди ярких праздничных нарядов, словно во дворец явился Провожатый и вот-вот заберет чью-то душу… И тут Айлин словно молнией озарило – она вспомнила, где видела этот наряд! На Провожатом же и видела! Именно так был одет лорд Стефан, явившись за мэтром Денвером! Как она забыла…
Ей стало так холодно, будто сейчас, в первый день лета, пошел снег. Или рядом оказался призрак… Или… ей просто страшно… Так страшно, что сердце замирает! Хотя ничего ведь ужасного не случилось! Подумаешь, поцелуй! Это же День Боярышника, а они с Саймоном так и стоят под венком! Сегодня – можно!
Саймон думал точно так же, потому что улыбнулся бывшему наставнику ясной хмельной улыбкой во всю круглую физиономию. Отступил на шаг от Айлин, поклонился – тоже не сдержанно, а по-шутовски развязно – и заметил:
– Сегодня праздник, милорд! При всем уважении к вам, я в своем праве. Хотя настаивать, конечно, не буду. Если миледи Айлин не угодны мои поцелуи, идите сюда и сами порадуйте Всеблагую. Уверен, она не обидится, что вы уже женаты!
Айлин едва не рассмеялась – это и вправду было забавно сказано. Заметила на лицах молодых людей из компании Саймона робко расцветающие улыбки, полные готовности рассмеяться и веселиться дальше, ничего ведь не случилось… Какой-то очень уж напряженной, старательной готовности, словно они тоже боялись… Тоже?!
«Я боюсь, – осознала она уже всерьез. – Я боюсь собственного мужа. Но так ведь нельзя!»
Она глубоко вздохнула и сказала вслух, стараясь, чтобы голос не дрогнул:
– Милорд супруг, я вас искала! Прошу прощения, что задержалась в саду. Здесь так шумно, может быть, поедем домой?
Лорд Бастельеро глянул на нее – и Айлин снова пробрало холодом от его взгляда. Глаза у него были яркие-яркие, синие-синие. С ледяным фиолетовым отливом. И Айлин едва не закричала от ужаса, вспомнив, где и когда уже видела этот чудесный и жуткий отлив. Академический сад, несколько мгновений до дуэли с Кармелем… Не случившейся тогда дуэли!
– Не нужно беспокоиться, дорогая, – сказал ей лорд Бастельеро таким ласковым тоном, что от этого стало еще страшнее. – Я вполне в состоянии защитить вашу честь.
В полном молчании сделал несколько шагов по лестнице – и Айлин даже удивилась, что под этими легкими стремительными шагами по мрамору не ползет иней! – оказался рядом с Саймоном и влепил ему оглушительную пощечину.
Рядом кто-то ахнул. А может, это была она сама? Айлин моргнула, не веря глазам, не желая верить! Пощечина?! Дворянину?! Прилюдно?!
Саймон медленно, словно тоже не верил в происходящее, поднял руку и потрогал щеку кончиками пальцев. Прямо середину алого пятна, мгновенно вспыхнувшего на тонкой смуглой коже. Опустил руку, зачем-то посмотрел на пальцы, словно они могли в чем-то испачкаться, перевел бесконечно удивленный взгляд на мужа Айлин и невыносимо обыденным голосом сказал:
– Дуэль, милорд Бастельеро. Здесь и сейчас. Выбирайте оружие.
– Магия, – бросил тот равнодушно. – До полного поражения. Здесь рядом удобная площадка – только спуститься.
Саймон кивнул и огляделся вокруг, словно искал кого-то.
