И что в этом такого? Кровь Дорве – это вам не вода, а его величество год соблюдал строгий траур! Даже фаворитку не приглашал, кроме того единственного раза… Безупречное поведение, всем бы поучиться! И трудился на благо государства денно и нощно, все это знают! А что решил на День Боярышника почтить Всеблагую душой и телом, так у кого язык повернется его за это упрекнуть?! Тут, милорды, радоваться надо, что наш король может четырех за ночь… Этих фраганок потом видели, как они к экипажу шли – дово-о-ольные! А итлийку, наверное, отправили порталом… Дался вам этот Фаррел! Ну да, Фарелл вместе с королем в сад прибежал, когда все случилось. Значит, тоже в арлезийской гостиной был, как и южанин этот… Сами вы до шести считать не умеете, а я в нашего короля верю – он мог!
И что же это получается, милорды? Ну, бордельные девицы – это дело такое, праздничное… А новой фавориткой теперь итлийка будет?! А как же леди Бастельеро?! Муж ее теперь в опале, наверное… Не выдумывайте, разве может Великий Магистр быть в опале? Ну, Великий Магистр не может, а вот лорд Бастельеро – запросто! Если понадобится королю, так и вызвать недолго, но я вам так скажу, милорды, нельзя подобное спускать! Правы Аранвены, что решили эту семейку убрать подальше от короля!
Леди Айлин еще ладно, она молоденькая дурочка, даже милостей выпросить не может ни для себя, ни для мужа. А Великого Магистра давно пора было осадить! Собственного ученика изуродовать! Понятное дело, кому понравится, что твоя семья разом лишилась королевского благоволения, но срываться на Эддерли вместо Аранвенов – это уже чересчур!
А я вам скажу так, милорды, еще неизвестно, за что именно младшему Эддерли досталось. Говорят, леди Бастельеро слишком охотно принимала визиты учеников лорда Грегора. Вот зачем, скажите, они посещали замужнюю женщину? Да еще когда супруг на службе… И родила она как-то слишком быстро… Ребенок-то чистый Бастельеро, и брак все прикрыл, но если девица до свадьбы привыкла подолом размахивать, ее и потом не удержишь! Подумаешь – учились они вместе! Вышла замуж, так забудь прежние повадки. Все знают, что эта их Академия – гнездо вольнодумия и непристойностей! Сказать об этом Аранвенам? Леди Немайн и лорду Дарре? Ну, милорды, это я так, погорячился… Кстати, как здоровье его светлости? Уже сидит в постели? Ох, помоги ему Милосердная Сестра! Конечно, я ничего такого не имел в виду! Ну а младший лорд Эддерли… Говорят, целители ничего не смогли сделать, шрамы останутся на всю жизнь. Считай, половины лица нет… Еще легко отделался, старый Стефан Бастельеро за такое точно убил бы. Да и внук в него пошел характером, наплачемся мы еще с этой семейкой, милорды… А правду говорят, что на День Урожая еще один маскарад будет? Ох, поскорее бы! Я костюм пирата закажу, дамы на него так и слетаются, словно бабочки на цветок!..
– И вот это они всерьез? – тихо и очень устало сказал Аластор. – Про четырех женщин, тебя и Раэна… Про канцлера, который мне итлийских куртизанок заказывает? Про заговор Аранвенов против Бастельеро и про новую фаворитку? Про Айлин и ее друзей?
– Прости, Альс, – вздохнул Лучано, наливая ему шамьет. – Кажется, шутка с моим нарядом вышла неудачной. Теперь все уверены, что ты… как это сказать… лишил синьорину своих милостей, а грандсиньор Бастельеро, узнав об этом, так вышел из себя, что сорвал зло на синьоре Саймоне. Хотел, конечно, на ком-нибудь из Аранвенов, но то ли побоялся, то ли вовремя не дотянулся, а Эддерли, как известно, с ними в дружбе и тесном родстве. Да и к синьорине Саймон и Дарра частенько вместе ездили, это ей тоже припомнили, сам понимаешь.
– И все это случилось из-за куртизанки, которую я первый раз в жизни увидел? – Аластор неожиданно зло усмехнулся и бросил: – Пусть думают, что угодно, все равно правду им не понять. Они скорее поверят, что я за один вечер поимел шестерых, включая собственных друзей, чем в любовь, дружбу, порядочность и прочие невозможные вещи!
Он откинулся на спинку кресла, и Лучано, оставив свою порцию шамьета в шэнье, скользнул Альсу за спину, положил ему руки на плечи и принялся аккуратно разминать напряженные мышцы. Праздники кончились, и после бурной ночи Аластор проспал до обеда, но потом встал, узнал от целителей, как себя чувствует канцлер, и провел за бумагами весь вечер. И вот уже плечи такие, словно он целый день секирами махал! Даже хуже – после секир Альс приходит вымотанный, но довольный и расслабленный, словно они с Ольваром не по площадке друг друга гоняли, а… Так, вот об этом не стоит и думать, пожалуй. Дошутился уже.
– Говорят, маги могут заклятие молчания наложить, – буркнул Альс, успокаиваясь. – Интересно, на весь двор подействует? И как надолго?
– А зачем тебе для этого маги, если есть я? – искренне удивился Лучано. – Заклятие как наложить, так и снять можно, оно еще и следы оставляет вроде бы. А зелье немоты – нет. И действует примерно месяц, уж за это время до всех дойдет, о чем лучше помолчать. Только разреши – я дюжине самых громких сплетников языки укорочу!
