Аластор фыркнул и вздохнул так мечтательно, что у Лучано слегка отлегло от сердца. Не злится! Ни на слухи, гуляющие по дворцу, ни на ту ночь, когда они – чего уж себе врать! – оказались рядом куда ближе, чем Лучано мог рассчитывать. И хотя между ними ничего не случилось, но память о коротких случайных прикосновениях, о запахе разгоряченных тел, о низких стонах Альса и его хмельных улыбках, которые доставались, конечно, фраганским цветочкам, но Лучано тоже погрелся в их отблесках… Эта память будоражила душу опасными мечтами! Хоть самому себе зелье вари – такое, чтобы даже думать о подобном не хотелось…
– Ниже потри, – попросил Альс и наклонился. – Под лопаткой.
Нащупав прямо под кожей плотный комок, Лучано неодобрительно поцокал языком и нажал сильнее, разминая и растирая сведенные мышцы. Беда всех сильных людей – напрягаться они умеют, а вот расслабляться за очень редким исключением – нет. Кстати, об исключениях…
– Я тебе сегодня нужен? – спросил он, глянув на часы, чья стрелка только что перевалила за восемь, а потом в окно, за которым утреннее солнце заливало сад нежным золотым светом. – У меня дела в городе, раньше обеда вряд ли вернусь.
– Если надо – поезжай, – согласился Аластор, глубоко дыша под его руками. – Сможешь на обратном пути заглянуть к Айлин? В одном сплетники правы, пожалуй. Отправить Архимага в опалу я не могу, но и видеть лорда Бастельеро не хочу, пусть на глаза без приказа не показывается. А ее жду во дворце, как только она пожелает. И чем раньше, тем лучше. Передашь?
– А если супруг не захочет ее отпустить? – мягко уточнил Лучано. – Да и стоит ли ей сейчас показываться при дворе без него? Так ведь и вправду решат, что в семье у них совсем неладно.
– Тоже верно, – помрачнел, судя по тону, Аластор. – Тогда будем сами ее навещать, и пусть говорят что угодно. Все равно ведь болтают, а так хотя бы поймут, что никаких милостей – выделил он голосом с явным отвращением – она не лишилась… Кстати, а что у тебя за дело? Может, вместе съездим?
– М-м-м… – протянул Лучано. – Боюсь, Альс, тебя там не ждут, иначе пригласили бы. Я, признаться, и сам в недоумении, зачем бы нашему дорогому грандсиньору Дункану назначать мне встречу в борделе?
– Где?! – поразился Аластор и задрал голову, оглядываясь на Лучано. – Дункан? В борделе?! Зачем его туда понесло?! Ну, то есть… – Он смутился, снова отвернулся и буркнул: – Наверное, понятно – зачем… Но тебя звать…
– Вот и я о чем! – поддакнул Лучано. – Вряд ли грандсиньор изменил своим арлезийским традициям и намерен приятно провести время в моей компании. А жаль!
– Смотри, дошутишься, – усмехнулся Аластор. – Это леди Гвенивер наш магистр отказал со всей куртуазностью, а тебе, если всерьез ему надоешь, достанется без поблажек.
– Думаешь, уже надоело, и меня ждет его гнев? – очень серьезно поинтересовался Лучано. – А вдруг его каменное сердце, глухое к моим страданиям, наконец растаяло? Вдруг он решил, что проще уделить мне самую малость галантных милостей…
– Чем объяснить одному обнаглевшему котяре, что так можно и хвоста лишиться! – подхватил Аластор. – Причем вместе с другими важными частями тела. А может, он решил заказать для тебя сразу несколько девиц в надежде, что ты поймешь намек и оставишь его в покое. Признаться, других причин я для этой встречи не вижу.
– Хотел бы и я не видеть, – вздохнул Лучано, разом сбросив наигранную веселость. – Но после того, чем закончился праздник, что-то не получается.
– Думаешь…
Аластор тоже разом посерьезнел и попытался снова обернуться. Лучано вышел из-за спинки кресла, чтобы Альсу не пришлось тянуть только что размятую спину, налил себе остывший шамьет и отпил как воду – просто для бодрости.
– Думаю, на обычное свидание грандсиньор скорее пригласил бы моего бронзового тезку, который теперь стоит на площади, – сказал он. – А для необычной встречи – самое время. Великий Магистр вашего Ордена, которым держится весь Дорвенант, у тебя в немилости, это понимают даже придворные болтуны, а уж люди поумнее давно присмотрелись и принюхались. Грандсиньор Аранвен хоть и выжил, но вряд ли вернется к делам, а если вернется, то лишь для того, чтобы передать их сыну без особой спешки. Вскоре у Дорвенанта будет новый канцлер, и хотя этого ждали, однако новая шэнье и шамьет варит по-новому. А грандсиньор Дункан с грандсиньором Даррой так же близки, как ты с месьором д’Альбрэ. Значит, власти у магистра станет еще больше. Ты ведь его не собираешься удалять от себя, м?
– С чего бы? – возмутился Альс. – И в мыслях не было!
– Во-о-от… – вздохнул Лучано и мельком подумал, что надо было все-таки сварить новый шамьет, остывший – совсем не то. – Советник и друг короля, наставник будущего лорда-канцлера… И мужчина, безнадежно влюбленный в жену Великого Магистра, который нашего грандсиньора терпеть не может, а грандсиньор отвечает ему полной взаимностью. Кстати, тебе не кажется, что в саду гуляло многовато людей? И синьорина, которую этот молодой идиотто так неудачно поймал под венком… И грандсиньор, который в наше окно докричался из того же самого сада?
