– Зима у нас, вашмилость! – с издевательской почтительностью отозвался один из дюжины возчиков, что грелись вокруг большой бочки, наполненной углями. – Извольте знать, каждый раз после осени приходит! А где зима, там и снег!
Его товарищи обменялись понимающими снисходительными взглядами и ухмылками, даже не особо стараясь их скрыть. Ну да, как не посмеяться над итлийским дурнем, который оказался в тонкой накидке среди сугробов и… А это что, еще снег? Да сколько же его там, в тучах?!
Крупные снежинки плавно кружились вокруг, опускаясь на сугробы и протоптанные между ними дорожки, лошадиные спины и морды, крыши карет и головы людей. Головы эти, между прочим, все были в шапках или капюшонах, а он, Лучано, идиотто! Понадеялся, что за два дня его отсутствия погода в Дорвенанте сильно не поменяется, и вернулся в настоящий холод, еще и снегопад.
Еще раз помянув Баргота, на этот раз про себя, он принялся искать взглядом свободную наемную карету.
– Милорд Фарелл! – окликнули сзади, и Лучано обернулся, сражаясь с холодными плотными оковами сугроба. – Сюда, скорее!
Ему махал высокий юноша в щеголеватой куртке, подбитой пушистым серым мехом, и такой же мохнатой шапке. Лучано с завистью глянул на плотные шерстяные штаны, высокие сапоги – вот как нужно здесь одеваться зимой! И только потом узнал знакомое лицо и широкую улыбку.
– Синьор Бреннан! – обрадовался он, пробираясь к молодому целителю, который держал большую корзину. – Рад встрече!
– Взаимно, милорд, – кивнул тот и немедленно перешел на особый тон, который лекари приберегают исключительно для пациентов: – Разве можно так легко одеваться, милорд?! Хотите воспаление легких получить?! Немедленно прошу вас в карету! А пока дойдем до нее…
Перехватив корзину одной рукой, он махнул другой, и уже насквозь продрогшего Лучано будто окатило волной сухого жара. Благословенное тепло обволокло с головы до ног, и Лучано догадался, что это какая-то разновидность магического полога.
– Синьор Дилан, вы мне второй раз жизнь спасаете! – с чувством заявил он и тут же поправился: – Хотя нет, уже в третий! А если еще и до дворца довезете…
– С радостью, – улыбнулся молодой целитель и указал на небольшую черную карету с плохо видным издалека гербом. Две сытые лошадки, запряженные в нее, фыркали и нетерпеливо переступали с ноги на ногу, а кучер, увидев хозяина, спрыгнул со своего места, подбежал и с поклоном забрал корзину. Лучано невольно бросил взгляд на ее содержимое и удивился – на коробочках и бутылках красовался прекрасно известный ему символ – цветущая апельсиновая ветка. Торговый знак дома «Скрабацца и сыновья»!
– Вы получили заказ из Итлии, синьор? – догадался он. – О, простите, если это не мое дело.
– Ничего секретного, милорд, – снова улыбнулся Дилан, и они с Лучано пошли к экипажу. – Всего лишь эфирные масла и некоторые ингредиенты, которые у нас не производят или делают это слишком дорого. Увы, даже с учетом пересылки порталом дешевле покупать лекарства в Итлии, чем у наших алхимиков. Конечно, поставщик должен быть надежным, но у мастера Фарелли безупречная репутация. И качество зелий… – Он запнулся, оглянулся на Лучано и вытаращился на него с изумлением. – Погодите… Фарелл… Фарелли… А дедушка говорил, что вы сами варили «Слезы феникса»… Так этот мастер из Вероккьи…
– Мой наставник и приемный отец, – на ходу поклонился Лучано, тоже улыбаясь. – Мир тесен, не так ли, синьор?
– Да мне сама Милосердная Сестра вас послала! – неизвестно чему возрадовался синьор Дилан, распахивая дверцу кареты и пропуская Лучано, а потом запрыгивая следом. – Я же собирался в Итлию, искать вашего почтенного батюшку! Но, может, вы мне подскажете?..
– К вашим услугам, – заверил его Лучано и почувствовал, что магический полог исчез, но холод при этом не вернулся. Внутри кареты было тепло, как в хорошо натопленной комнате. Тоже магия, наверное? – Чем могу быть полезен?
– Я… хотел поговорить с вашим батюшкой, – сказал синьор Дилан и вдруг смутился, но продолжил так горячо, словно признавался в любви: – Он изумительный мастер! И такой… великодушный! Такой милосердный!
Если бы сейчас Лучано что-нибудь пил, непременно поперхнулся бы. Это мастер Ларци-то великодушный? И милосердный?! Ну, разве что к нему самому да к бродячим котам…
За стенкой кареты послышался голос кучера, щелчок кнута – и карета тронулась. Сначала тяжело, колеса вязли в снегу, потом экипаж выехал на улицу и пошел быстрее.
– И… о чем же вы хотели с ним поговорить? – осторожно спросил Лучано.
– О патентах на его зелья, – уверенно пояснил синьор Дилан. – Тех, которые он благородно позволяет использовать без всякой платы! Это же и правда беспримерное великодушие для мастера зелий! Обычно они доверяют рецепты только ученикам… Да вы же сами это знаете, милорд!
– А, конечно… – все еще ошеломленно согласился Лучано и вспомнил наконец, о чем рассказывал мастер Ларци.
