С одной стороны, авторы нэпа действительно недооценили то влияние, которое экономические реформы оказали на жизнь общества в целом. С другой стороны, их сфера ответственности была ограничена именно экономической и финансовой сферами, а многие возникшие проблемы были обусловлены не столько самими реформами, сколько политическими противоречиями, лежавшими в основе новой экономической политики.
После распада СССР реформаторы конца XX века были практически полностью избавлены от свойственного нэпу идеологического двоевластия – сосуществования социалистического государства и капиталистических элементов в нем. К сожалению, это не предотвратило колоссальных проблем, с которыми пришлось столкнуться постсоветскому обществу.
Первое и главное следствие ошибок, допущенных при проведении реформ конца 80 – начала 90-х, – демографический провал.
Он оказался прямым следствием стремительного обнищания большой части населения.
В период с 1920 по 1926 г. население страны выросло на 10 млн чел., а в период с 1991 по 2009 г. численность населения сократилась на 6 млн чел. – со 148 млн до 142 млн чел.
Если бы не миграция, показатели были бы еще более удручающими. Экономические и социальные трудности, ставшие следствием «шоковой терапии», привели к резкому сокращению рождаемости и катастрофическому росту смертности.
Естественный прирост населения, составлявший в последние годы советской власти от 100 тыс. до 500 тыс. чел. в год, уже в 1992 г. перешел в естественную убыль – в год либерализации цен она составила 200 тыс. чел., а в последующие годы не раз достигала отметки в 900 тыс. чел.
Падение демографических показателей является прямым следствием депрессивной обстановки, сложившейся в российском обществе в результате ошибок, связанных с форсированным переходом к рынку.
Несмотря на относительную малочисленность «новых русских», тех, кто сумел в первые годы реформ сколотить миллионные состояния, факт их появления привел к глубокому расслоению общества.
В СССР фондовый коэффициент распределения доходов был минимальным и не выходил за пределы 4 пунктов.
К 1991 г. он возрос до 5,6, а уже к 1994 г. подскочил, по разным оценкам, до 18–24 пунктов.
Проблема чрезмерного расслоения общества, при том что еще совсем недавно доходы граждан были примерно одинаковы, остается актуальной для России и по сей день.
Однако тогда, в начале 90-х, неожиданное появление «неприлично» богатых граждан в бывшей Стране Советов нанесло особенно сокрушительный удар по всем сферам жизни. Менялись мораль, ценности, жизненные ориентиры… Один за другим стали возникать стереотипы, ранее осуждаемые советским обществом. Теперь выяснялось, что жить честно – невыгодно… деньги – превыше всего… жить нужно в кайф… Все это уже было в годы расцвета нэпа… Те же самые процессы повторились и в начале 90-х… Вновь пышно расцвела жизнь «от кошелька»… Только вместо лаковых картузов – малиновые пиджаки… Вместо лихих рысаков – «девятки» цвета мокрого асфальта… Вновь появились знакомые по временам новой экономической политики персонажи – новые русские (бывшие нэпманы), живущие на широкую ногу кооператоры, проститутки, рэкетиры, «беспределыцики» (по сути, те же хулиганы 20-х гг.). Однако теперь, в отличие от периода нэпа, они – герои общества… Молодежь уже не хотела становиться учеными, военными, космонавтами. Она хотела быть, как персонажи сериала «Бригада»… Стремление выделиться вновь возобладало над моральными нормами. Приметы времени, разумеется, стали иными. Фарфоровые слоники на комоде, мельхиоровые столовые приборы, бамбуковые шторы и другие признаки престижа времен нэпа сменились сотовыми телефонами, евроремонтами, малиновыми пиджаками и дорогими автомобилями, отдыху на советских курортах теперь предпочитали зарубежные острова.
Изменения не обошли стороной и сферу культуры, «легкие», ресторанные и блатные, жанры вновь вошли в моду и на время изменили культурный облик страны до неузнаваемости.
Советский Союз считался самой читающей страной в мире. Однако уже к 1996 г. общий тираж печатавшихся в стране книг упал примерно в четыре раза. Любопытно отметить, что в годы нэпа, при всем «падении нравов» и несмотря на цензуру, страна пережила настоящий печатный бум. Тиражи новых книг и журналов стремительно росли… открывались новые типографии и книжные магазины.
