В литературе сформировались два основных лагеря – Российская ассоциация пролетарских писателей и творческое объединение «Перевал». Деятельность РАПП, образованного на 1-й Всесоюзной конференции писателей, была направлена на поддержание рабочих в классовой борьбе. Защитники «пролетарской чистоты» запомнились прежде всего нападками на чуждых, по их мнению, писателей, к числу которых относился, к примеру, признанный ныне классик Булгаков. Характерными представителями РАПП были Ермилов, Киршон, Либединский, Ставский, Фадеев, Фурманов.
В противовес РАПП при журнале «Красная новь» сформировалась литературная группа «Перевал». Ее идеологом выступил редактор журнала Александр Вронский. Будучи одним из ведущих большевистских теоретиков в области литературы, он собрал вокруг себя более 50 молодых и талантливых поэтов и прозаиков, в их числе Катаев, Пришвин, Куклин и многие другие.
Сторонники «Перевала» считали, что переход к новой коммунистической литературе состоится на основе классической мировой литературы и принципов гуманизма. Члены РАПП, в свою очередь, провозглашали пролетарскую монополию на литературу, призывая ориентироваться в творчестве на психологизм и живого человека, рационализм и конструктивизм.
Борьба группировок происходила и в изобразительном искусстве. Самой массовой стала Ассоциация художников революционной России. Вступившие в нее художники стремились создавать доступные массам картины, работая в первую очередь в русле реализма. Изложенная в каталоге выставки 1922 г. декларация АХРР гласила, что ассоциация ставит перед собой задачу художественно-документального запечатления величайшего момента в истории: быт Красной армии, быт рабочих, крестьян, деятелей революции и героев труда. Свою «действительную картину событий» они противопоставляли модному в то время абстракционизму.
В результате АХРР начала борьбу с представителями других художественных групп. Едва ли не главным противником АХРР стало ОСТ – Общество художников-станковистов. Как и члены ассоциации, они предпочитали советскую тематику, однако не были противниками современных художественных течений, в том числе ненавистного АХРР экспрессионизма.
Чуть позже сформировалась еще одна группа – Общество московских художников. Его участники отвергали «натуралистический бытовизм, поверхностный и статический протоколизм в искусстве», склоняясь в своем творчестве к постимпрессионизму.
Театральная жизнь 20-х проходила под знаменем столкновения двух школ актерской игры: «системы Станиславского» (от переживания – к действию) и «биомеханики» Мейерхольда (от движения – к осознанию и переживанию). Революционные эксперименты Мейерхольда многократно пародировались и высмеивались, в том числе в литературе тех лет, но без них сложно представить театр. На его спектакле, к примеру, публику могли обстрелять из пулемета холостыми патронами прямо со сцены – для создания атмосферы.
Изменился не только театр, но и публика. З. Рихтер так описывал посетителей Большого театра в 1923 г.:
Но не только нэпманы следили за театральной жизнью. Архитектор нэпа Григорий Сокольников, по воспоминаниям жены, старался просматривать новинки литературы, не пропускал значительных концертов и театральных премьер. Как и в случае с новыми нравами, новые вкусы тоже оказались чужды «красному Витте».
