Пока они ехали домой, Глеб сидел, откинувшись на спинку кресла, закрыв глаза, и она понимала, что его невозмутимая беспечность показная, что на самом деле ему тяжело и наверняка больно. А он, будто почувствовал её взгляд, направленный на него, пока стояли на светофоре, повернул голову, коротко глянул, глуховатым шёпотом повторил в очередной раз:
– Не переживай.
Илана не столько услышала, сколько догадалась, прочитала по губам. А когда они оказались в своём флигеле и поднялись на второй этаж, муж ласково тронул её за плечо, произнёс:
– Иди ложись.
Неужели сейчас они, как всегда, разбредутся по разным комнатам? По-прежнему, будто чужие.
– А ты?
Глеб на мгновение прикрыл глаза, словно опять сказал то самое «Не переживай» и пояснил:
– Я слегка сполоснусь. А потом тоже приду.
«Приду», а не «пойду». Она ведь не ослышалась? К ней.
Да, к ней. Точнее, в их общую спальню. Сел на кровать, потом медленно лёг, повернулся к Илане. Она замерла на секунду, а затем придвинулась – не совсем вплотную, чтобы случайно не причинить боль, но так, чтобы легко соприкоснуться. Ощутила тепло тела и тот самый аромат, немного разбавленный запахом лекарств, который её всегда так волновал и притягивал, но обычно просто дразнил, чаще недоступный и почти запретный, и наконец-то поняла, что её смутило недавно, когда стояли в приёмном покое.
Возможно, ей опять достаются лишь крохи относящихся к другому чувств.
Илана сглотнула и, понимая, что просто не сможет дальше, если не выяснит до конца, что бы в ответ ни прозвучало, спросила:
– Это всё из-за ребёнка?
Глеб недоумённо свёл брови.
– Что?
– То, что ты сейчас здесь. Со мной.
– В том числе, – честно признался он. – Но… не только.
– Но ведь ты же меня не любишь, – отведя взгляд, обречённо пробормотала она.
– Да почему? – не согласился Глеб, немного подумал. – Наверное, всё-таки люблю. Как хорошего друга, как удивительную девушку. Разве для семейной жизни это не важнее? – Он согнул руку, подцепил пальцами её подбородок, приподнял, опять заставляя посмотреть в глаза, прошептал бархатно: – И ты меня действительно возбуждаешь. Даже очень. А ещё… – Глеб сделал паузу и произнёс гораздо громче, – я никогда никого не представляю во время секса. Слишком занят процессом. – Вздохнул, сжал губы. – Правда сегодня я не совсем в форме, поэтому…
– Тебе плохо? – обеспокоенно перебила Илана, даже немного приподнялась, уперевшись в кровать локтем. – Может, всё-таки стоило остаться в больнице?
– Не стоило, – уверенно возразил Глеб и улыбнулся уголками рта с таким выражением, что она моментально смутилась.
Ведь получилось, будто её заботило не столько здоровье мужа, сколько, что сейчас они не смогут заняться…
– Я не это имела ввиду, – торопливо оправдалась Илана.
– Ты про что? – нарочито недоумённо поинтересовался Глеб.
Вот же ехидина! А отвечать она, конечно, не стала, просто опять спрятала лицо, уткнувшись лбом ему в грудь. Но муж и не требовал ответа, дразняще зашептал на пределе слышимости, касаясь губами волос:
– Возможно, утром. Дождёшься утра?
Да ну его! Ведь ей и правда в данный момент больше ничего не надо. Главное, что сейчас он здесь, с ней, живой. А секс, естественно, это замечательно, от него Илана тоже не собиралась отказываться, но вот так лежать рядом в постели, ощущая друг друга, и просто тихонечко разговаривать – это тоже такой кайф. И она уже довольна и счастлива.
– А кто-нибудь ещё знает? – опять спросил Глеб. – Про… тебя. Что ты беременна.
– Нет. Я никому ещё не сказала.
– Только мне?
Только ему.
– Я думала родителям, – сбивчиво и торопливо пояснила Илана. – Потому что уже не могла… скрывать. Но сначала позвонила тебе. А ты не ответил. Я же не знала.
Глеб обнял её, теснее придвинулся сам и в очередной раз заверил:
– Всё хорошо. Не бойся. Всё хорошо. Спи. Я никуда не денусь.
– Ты красивая, – многозначительно сообщил Матвейка, и, если бы не хитренький прищур невинно-ясных глаз, никто бы даже не усомнился в бескорыстности его одобрения.
Плюс обезоруживающая улыбка на ангельском личике. Конечно, Илана не смогла на неё не ответить. И только Ванечка, поджав губы, с сомнением хмыкнул. Совсем по-взрослому.
Даже не скажешь, что не так давно ему исполнилось всего лишь шесть. Или уже шесть. Просто удивительно, как быстро летело время. Но, скорее всего, это как раз из-за мальчишек.
Раньше Илана и представить не могла, что у неё будут сыновья с разницей чуть больше года. Всего лишь. Ей бы для начала и одного хватило, незапланированного. Если бы они с Глебом и решились на второго ребёнка, то точно не сразу. Но вот так получилось, даже вопреки предусмотрительности. И ещё неизвестно, как бы они справились с погодками, если бы не бабушки, дедушки, ещё и прабабушка, и приходящая няня.
