Помня об этом событии, я входил в заведение с изрядной долей осторожности, помня о том, что место это отнюдь не из тихих. На первый взгляд в зале ничего не изменилось, все те же столики и стойка, за которой восседал подозрительной наружности трактирщик, вот только разговаривали посетители вполголоса, да и было их втрое меньше обыкновенного. Это удивило и насторожило меня - народ здесь стал словно какой-то пуганый, так что разговорить таких людей и узнать интересующие меня сведения становилось задачкой весьма проблематичной.
Окинув взглядом зал, отметил настороженные взгляды мужчин - чужих, как и тогда, здесь сразу замечали. Только один, совсем еще молоденький парнишка, смотрел иначе - в его глазах плескался дружелюбный интерес и неуемная энергия, казалось, что он едва сдерживает себя, чтобы не вскочить из-за стола и не броситься ко мне с расспросами.
Выбрав место поближе к выходу, я заказал кружку эля, раздумывая, с чего начать мои поиски. Рядом присел плотный коренастый мужчина, явно желая завести разговор. На его загорелом, давно небритом лице появилась странная заискивающая улыбка, и я весь внутренне собрался, не зная, что понадобилось от меня местному завсегдатаю.
- Чужак из Цахира, - на плохом цахирском не спросил, а скорее утвердил он, - я угощу тебя рюмкой хорошей выпивки, если расскажешь, как там обстоят дела?
- С чего ты взял, что я оттуда? - я отпил из своей кружки большой глоток, краем глаза следя за выражением лица неожиданного собутыльника. Кто он такой и почему интересуется Цахиром? Может, ищейка службы безопасности? Такие постоянно рыщут по трактирам в поисках свежих сплетен. - На моем лбу никаких надписей нет.
- А надписи и не нужны, - усмехнулся он, подзывая служку. - От тебя за десять шагов пахнет свежей кровью. Ты, парень, только что с войны.
- Но я не воевал.
- А это тоже ни к чему. Война у человека на лице, в глазах. Она как кожная болезнь, ее не спрячешь. Ну так расскажешь, что сейчас в Цахире?
- Да что рассказывать? Кровавый генерал и южные бандиты разбили самозванца Крайса, и там теперь все кверху дном. Кругом развалины и смерть, все горожане затаились и с опаской ждут, что принесет им новая смена власти.
- Вот мы тут тоже ждем, наша Мескена ведь давно провинция Цахира. А ты чего сбежал сюда? По выговору вроде не из тамошних? Может, таргасец, друг? Или ты дезертировал из войск Ханая? Морда породистая у тебя, сразу заметно, что не из простых крестьян.
- Ты сыщик, что ли? Разглядел всего. Ладно, ты угадал, я сын богатого вельможи, правда, внебрачный, с матерью не повезло, она была всего лишь горничной, поэтому служил с пятнадцати годков в охране. Я Тик из приграничного городка Макача, а потому и выговор такой, - неотрывно наблюдая за незнакомцем, сказал я. - А здесь ищу хозяйскую невесту, сбежала от него с любовником. Из благородных, а такая стерва! Не видел чужаков? Он коренной мескенец, но давно тут не жил, она ханайка. Высокая и статная, красавица, черт побери, зеленые глаза и чувственный развратный рот.
- Работаешь по найму, так? - со смешком в голосе бросил сыщик. - В Мескене это не прокатит. Тут даже если кто и видел, чужим не скажет, все боятся собственной тени, и вставая утром, не знают, придется ли вечером снова лечь в свою постель. К тому же бабы здесь видал, как ходят? Замотаны в шали до самых глаз, кто разберет, красотка или ведьма во плоти? Так что сочувствую тебе, парниша, но вряд ли ты найдешь свою пропажу. Пока, еще увидимся, если пробудешь здесь подольше.
Я заказал еще стаканчик выпивки, но только пригубил. Упер локти в стол и предался невеселым раздумьям. Действительно, в Мескене не поймешь, старуха перед тобой или девчонка, мешковатые темные платья полностью скрывают фигуру, а шали лицо. Без имени и связей мне Мальину не найти, значит, придется рисковать…
- Как водка, чужеземец? - ну вот, еще один приставучий абориген на мою голову. О, это же тот самый парень, что смотрел на меня с таким неподдельным интересом, когда я только что вошел. И что ему понадобилось от меня?
- Нормально. Я почти допил и собираюсь уходить…
Парень не обратил на мой намек никакого внимания и без приглашения уселся рядом. А здесь народ бесцеремонный, хотя на первый взгляд и осторожный. Этот юнец одет весьма экстравагантно, хоть и без лишней роскоши. Что делает аристократ в такой помойной яме и почему подсел ко мне?
Несколько секунд мы молча изучали друг друга. Мальчишку можно было бы назвать красивым, если бы он больше заботился о своей внешности. Он явно не придерживался здешней моды и не заморачивался частыми стрижками, его спутанные длинные лохмы были забраны в хвост и давно не видели гребня, косая челка закрывала лоб и часть лица, а локти и манжеты дорогого костюма были весьма далеки от первозданной чистоты. Проказливые серые глаза слишком уж откровенно оценивали меня, и мне сделалось не по себе. Так выбирают лошадь на торгах, прикидывая ее силу и выносливость.
- Что надо? Почему там смотришь? - не вполне дружелюбно вопросил я. - Выкладывай, молокосос.
