- Мне нравится, как ты ругаешься, Або, - без малейшей угрозы в голосе пропела она, вытирая слюну о кожаную маску на моем лице, - но будет лучше, если ты заткнешься. - Мальина нанесла мне резкий оглушающий удар по голове, потом достала с полочки какой-то толстый длинный стержень и сунула между моих зубов, закрепив на затылке ремешком. Теперь я мог только мычать, да и дышать стало намного тяжелее. - Так укрощают бешеных собак. Ты тоже выглядишь с этой игрушкой в пасти очень хорошо. Лежи, мой милый пес, и наслаждайся. Тебе будет приятно, обещаю.
Тварь скинула с себя тунику и осталась полуголой. Моя голова была крепко прижата к помосту, и я мог видеть только небольшой угол комнаты. На принцессу мне особенно смотреть и не хотелось, но она подошла ко мне вплотную и некоторое время ничего не делала, словно специально давая мне возможность рассмотреть ее.
Она имела безупречную фигуру и высокую тугую грудь, но меня никогда особо не зажигали женские прелести, я редко посещал своих наложниц. Иной раз брал кого-нибудь из них, чтобы отвлечься от похода, иной раз после пира, одурманенный спиртным. Сейчас я был вдвойне унижен тем, что надо мной навис даже не Павил, а его девка, внутри меня все словно бы застыло, превратившись в лед, какое тут могло быть любование красивым юным телом?
Распущенная сука, кто бы подумал, что она настолько похотлива? А впрочем, что же можно ожидать от той, которая сбежала из дворца в постель наемника? Тем более, она ханайка, это королевство славится распутством, но вот дойти до откровенной низости, насилуя мужчину? Я счел за благо маску на лице, так ей не будет видно моего позора. Мне оставалось лишь прикрыть глаза и приготовиться, хотя я понимал, что к этому готовым быть нельзя…
Однако девка медлит и не начинает, только слегка похлопывает плеткой по моей спине. Может, кого-то ждет?
Снова открылась дверь и в комнату вошел… Павил. Проклятье, все-таки Павил… Значит, они собрались издеваться надо мной вдвоем. Но почему он там стоит и не походит ближе?
- Мальина, что это такое? Зачем ты позвала меня сюда? Решила с принцем поиграть, играй, дело твое. Но я тебе зачем?
- Вил, подожди, не уходи. Попробуй просто посмотреть, поверь, тебе это необходимо. Сколько уже обходишься без телесных наслаждений? Рабынь не хочешь, так быть может, этот раб окажется как раз? Совсем немного подожди, я подготовлю это тельце для тебя, останется лишь поиметь его и превратить в свою подстилку. Это его сломает, точно говорю, такие говнюки, как он, боятся уронить достоинство мужчины. Но стоит разодрать им зад, становятся послушными и милыми, как сучки в течку, лижущие член самца…
- Маль, ты сошла с ума. Я сроду не хотел мужчину и не настолько голоден, чтобы втыкать в вонючий зад и пачкаться в дерьме.
- Там чисто, Вил, - хихикнула стерва, - я приказала влить ему две полные клизмы душистой воды. Все испражнения вышли с водой, и наш Або благоухает чистотой, снаружи и внутри! А мужика попробовать хоть раз совсем неплохо, ты же ханаец, черт возьми!
Ну, тварь! Вот для чего мне сделали те очищающие процедуры, а я, дурак, подумал о другом…
- Сядь, Вил, сюда, сядь и смотри, - продолжала ворковать ханайка, - пока я забавляюсь с ним, ты загоришься и захочешь поиметь упрямца! Я и его дружка заставлю встать, мои приемы безотказны, я много раз проделывала это с мужиками, и каждый раз они сгорали от желания отдаться господину. Смотри и слушай, как Або будет стонать, как у него будет твердеть фаллос и наливаться кровью!
- Черт бы тебя побрал, - пробормотал Павил, но не ушел. Я слышал, как он сел, под ним надсадно скрипнул стул. - Как ты додумалась до этого, Мальина?
- Я не люблю, когда ты ходишь хмурый, - ответила она. - А хмурый ты из-за Або. Он ведь не подчинился до сих пор. Надо помочь тебе его сломать. Телесное насилие - проверенный и самый верный способ. Сейчас гордец завоет и начнет стонать, потом ты сможешь делать с ним все, чего захочешь.
Она нагнулась надо мной и провела ладонью по спине. Наверно, это называется дразняще, но я почувствовал лишь раздражение и гнев. Хотелось скинуть руки девки, еще сильней хотелось их сломать, сначала пальцы, наслаждаясь криками, потом запястье, а потом и локоть… Зараза, тварь, я ненавижу всей душой! Но в гневе мало проку, если ты привязан, и мне осталось лишь хрипеть.
Мальина издевательски прошлась ладонями по всей спине и ухватила ягодицы, раздвигая сквозь штаны. Потом я услыхал ее довольный смех и лязг вынимаемого из ножен кинжала. Хочет еще и кровь пустить? Что ж, даже лучше, боль отвлечет меня от унижений и стыда… однако тварь только разрезала на мне одежду. Прохладный воздух прикоснулся к обнаженной коже, и я немедленно покрылся мурашками. Дыхание со свистом вырывалось сквозь засунутый между зубов деревянный стержень, мучительно хотелось вытолкнуть проклятый кляп, вздохнуть поглубже, облизнуть сухие губы…
