Вечером гномы созвали совет, на котором присутствовали и люди. Таня рассказала, кем на самом деле является Лекир, почему она настаивала на его освобождении. Несмотря на весь свой ум, Утак никак не мог побороть ненависть к людям, копившуюся в его душе годами. Таня видела, как он пытается скрыть эти чувства, но не могла не замечать, с каким недоверием тот смотрит на Лекира. С ним Утак держался нарочито холодно. Отцу же Таня наоборот отдала должное за такт и достоинство, с какими он держался с гномами. Он общался с ними на равных, постепенно располагая членов совета к себе.
К Тане же, напротив, все относились, как к госпоже. Особенно Утак. Он старался предугадать ее желания. Под конец такое положение вещей Таню даже начало подбешивать. И когда правитель объявил, что после заседания они будут чествовать госпожу за празднично накрытым столом, Таня не удержалась и скривилась. Что не укрылось от внимания Руты.
– С ума сошла?! – пихнула та ее под столом, когда Таня уже хотела выступить с саморазоблачительной речью. – Хочешь все испортить? Сиди и наслаждайся дарованной тебе властью.
Подруга, как всегда, верно угадала ее настроение и спасла от ошибки, которая могла стать роковой. Ведь равновесие, достигнутое между гномами и людьми, было еще настолько хрупким, что потребуются годы, чтобы укрепить его.
Когда начался пир, на котором гномы гуляли и веселились, члены совета все продолжали совещаться, только теперь уже за праздничным столом. Как можно скорее нужно было наметить план действий, и все это прекрасно понимали.
– Я ничего не понимаю в войне, – заявила Таня, когда один из гномов предложил ей быть их предводительницей. – Мое дело нести мир. Что касается всего остального, то тут есть более опытный полководец – уважаемый Утак. Предлагаю всецело положиться на его опыт и умение вести переговоры.
Утак даже покраснел от удовольствия. У Тани не осталось сомнений, что отныне он целиком и полностью будет на ее стороне. Все-таки, лесть – сильный аргумент. Да и львиная доля правды была в ее словах – на умения Утака, действительно, можно было положиться, особенно, когда его не ослепляет злоба.
Веселье было в самом разгаре, хоть уже и опустилась ночь, когда совет сошелся на том, что через пару часов, пока не рассвело, войско гномов переправится на тот берег и будет ждать сигнала от людей, которые отправятся вперед на разведку.
Усталость брала свое. В ушах Тани гудело от музыки, голова кружилась от мелькающих перед ней лиц. Пользуясь моментом, когда все отвлеклись, она встала из-за стола и отошла в сторонку. Скрылась в темноте деревьев и полной грудью вдохнула свежего воздуха.
Но долго побыть одной у нее не получилось. Уже через несколько минут к ней присоединился Утак.
– Госпожа, – обратился к ней гном.
– Называй меня Таней, – попросила она. Все эти титулы надоели не меньше царящей повсюду суматохи.
– Таня, – послушно повторил он, – а что такое церковный хор.
В его голосе Таня уловила нотки страха. Сразу же устыдилась того, что проделала с ним на эшафоте. Но вслух сказала:
– Это место, куда я отправляю всех, кто желает Янтарии зла. Оттуда не возвращаются.
Она решила играть свою роль до конца, раз уж начала. Постаралась в голос вложить побольше зловещести. В лунном свете прочитала облегчение на лице гнома. Тот явно был рад, что избежал страшной участи.
Утак удалился, оставив Таню наслаждаться одиночеством и относительной тишиной. Но длилось это недолго. Только она сосредоточилась на мыслях о Зерусе, размечталась, как обнимет его и поцелует после разлуки, как вблизи нее снова послышались смех и голоса. На этот раз уединение нарушили Рута с Агоном, Итар и Нида.
Агона Таня была искренне рада увидеть. Тот еще не очень уверенно держался на ногах после болезни, и Рута заботливо обнимала его за талию. Таня тоже обняла его, чем довела до смущения, но и не могла не заметить, как тому льстит ее внимание.
– Знаете, гномы не такие плохие, как мы себе представляли, – непосредственно произнесла Рута, опускаясь на траву и предлагая остальным последовать ее примеру. – Даже неудобно, что мы вели себя так плохо по отношению к ним.
– Мы тоже заблуждались, – тут же отозвалась Нида.
– Надеюсь, скоро воцарится мир, – подытожил Агон, и слова его прозвучали как пророчество под лунным светом.
Те пару часов, что отводились на сон, Таня провела под открытым небом. Она вежливо отказалась от предложения Утака разместиться в его доме. Ей хотелось подумать, хоть и в сон тоже клонило по страшному. Как там Зерус? Что делает сейчас? Наверное, спит без задних ног, в то время как она извелась уже от тоски по нему? Впервые в голову Тани пришла мысль, а любит ли он ее так же сильно, как она его? Или в Янтарии такая любовь вообще не существует? Больше об этом пока она решила не думать, дав себе обещание поразмыслить на досуге. Если начнет сейчас забивать подобными мыслями голову, то рискует потерять сон, а то и вовсе сойти с ума.
Она не заметила, как уснула, а в следующее мгновение ее уже разбудил Утак.
– Пора, госпожа, – торжественно произнес гном.
